Князь Барятинский. Второй курс. Свет на вершине

А именно — на крыше дома напротив злосчастной парикмахерской.

За спиной послышались ахи и стоны — Воины Света вывалились из портала вслед за мной, но, видимо, не все столь же удачно. Первым ко мне подбежал Анатоль. Глядя сверху вниз, беззаботно присвистнул. Толкнул меня в плечо.

— Памятное местечко, а?

Я не сразу понял, о чём он. Потом пришло воспоминание. Не собственное, а воспоминание Кости Барятинского, которое когда-то оживил гипнозом Мишель. Анатоль был прав: именно на этом месте Костю едва не сбил летящий на огромной скорости автомобиль.

За рулём тогда сидел Рабиндранат, сумасшедший парнишка, которому взболтала мозги Мурашиха. Он полагал, что вот-вот станет новым императором, и только я ему мешаю, вот и пытался решить вопрос. В итоге нарешал на свою голову: вместо Кости Барятинского в этот мир пришёл я. И где теперь Рабиндранат? Упокой, Посейдон, его душу...

На Невском не происходило ничего. Настолько ничего, что прямо совсем. Люди шли, машины ехали. Света, Платон и горстка Воинов-новобранцев стояли на тротуаре напротив, выглядели растерянно.

Мысленно я одёрнул себя: наверное, негоже теперь называть этих ребят новобранцами. Не так давно они пережили крещение огнём. Да такое крещение, что не дай бог никому. Хотят они того или нет, но они — Воины, самые настоящие. И война — их жизненное призвание.

— Что-то тут не так, — сказал я.

Мишель, Андрей, Кристина и Полли встали по левую и правую руки от меня, все они всматривались сверху вниз, выискивая хоть какие-нибудь признаки катастрофы.

— Может быть, всё случится не здесь, а там, где живёт этот парикмахер? — предположил Мишель.

— Он живёт прямо над парикмахерской, — возразил Андрей.

Это был его пост. Андрей арендовал квартиру в том доме, на крыше которого мы стояли. Отлучился он лишь по случаю приглашения на помолвку великой княжны, и то — безо всякого удовольствия. Этот парень себе не изменял: долг и испытания были для него превыше всего, а балы и званые обеды казались пыткой.

— Может, всё-таки Адмиралтейство? — спросила Кристина.

Из дверей парикмахерской вышел Витман. Закурил. Его портсигар был поистине волшебным: когда надо, там лежали сигареты, когда надо — чудесным образом появлялся передатчик. Вот и теперь, закрыв и вновь открыв портсигар, Витман потыкал туда пальцами. Спустя несколько секунд у меня в кармане зажужжало.

«Дмитрiй Сидоровъ взятъ. Доложитѣ обстановку».

— Сидорова взяли, — сказал я своим.