Дуэлянт. Часть первая. Восхождение к звёздам

Какие ещё Реинкарнаты? Какие метаморфы?! Что ещё за Первородный, которого они ищут? Это выше моего разума и знаний на данный момент!

А Оракул продолжает:

«Кровь — это ключ — ключ ко всему! В крови содержится код доступа к памяти твоих предков! Поколение за поколением. Код доступа к твоим сильным и слабым сторонам! Прошлому, настоящему, будущему. Ко всему! И метаморфы могут считать этот код, расшифровать его, а потом, продать эту информацию тем, кто готов за это хорошо заплатить! Теперь ты понимаешь, почему Благородным нельзя проливать свою кровь!»

На этих словах Оракул смотрит на лужицы крови, которые остались после нас с Варом и, к моему удивлению, эти пятна вспыхивают и сгорают на моих глазах в белом очищающем пламени, пока на камне от них не остаётся лишь пара тёмных пятен.

Я пытаюсь осознать всё, что мне рассказал Оракул и, при этом, скрыть от него свои мысли. В этот момент моей руки касаются пальцы Селены. Девушка ничего не говорит, а просто меня обнимает и прижимается ко мне так сильно, словно хочет стать со мной одним целым.

Её молчание и действие говорит больше, чем любые слова. Я прижимаю Селену к себе левой рукой. Её запах сводит меня с ума, а горячая плоть так близка, что можно рассмотреть каждую линию на её бархатистой коже.

Пока мы так стоим, я вижу, как Оракул уходит, хотя мы и не завершили разговор. Он уверенно проходит к паланкину. Поднимается по ступеням кабинки и, пока его четверорукая охрана ещё не подняла ложе, оборачивается, внимательно смотрит мне в глаза, а затем, мысленно произносит:

«Лорд Ксандр я жду вас у себя, как только вы оправитесь от дуэли и залечите свои раны! Нам нужно будет о многом потолковать! И, это… — Оракул выдерживает паузу, — в ваших интересах — князь Олег Ярский!»

Оракул отдёргивает занавесь паланкина, располагается в кабинке, садится на сиденье и его быстро уносят из зала, а я — стою, как дурак, полностью оглушённый последними словами Оракула, будто меня, как следует огрели дубиной по голове.

Рядом со мной стоит Селена, я её обнимаю, но всё моё внимание переключается на Серафиму. Эта бестия стоит в толпе и пялится на меня своими красными глазами. Затем, она высовывает язык и проводит его кончиком по своим щекам, а в моей голове появляется её тихий и призывный голос:

«Теперь — ты — наш!..»

Глава 11

И уже в который раз я не понимаю, что происходит. На данный момент ясно только одно — Оракул знает, кто я на самом деле.