ЭлектроРод

Быстрый мобильный отряд реагирования, который с лёгкостью уничтожал даже самого защищённого врага. Они брали укрепления многих родов. И те прекращали своё существование. Отряд вырезал всех. Это конечно оплачивалось отдельно, так как даже по Кодексу Войны это считалось преступлением, но тех кто следил за исполнением Кодекса или хотя бы открывал его, оставалось всё меньше и меньше. Не без небольшой лепты со стороны «Стервятников».

— Командир, зенитки молчат, никто даже не вышел нас встречать, — насмешливо произнёс по рации член его отряда.

— Тогда план «А», — ответил командир. — Попытаемся зайти и вырезать весь оставшийся экипаж. Системы защиты не трогаем. Нам пообещали, что они на нас не сработают. Если вдруг нам окажут сопротивление, уничтожаем гаубицы и отступаем. Пусть работает артиллерия.

Они приземлились на верхнюю палубу. И осмотрелись.

— Может собьём одну, командир, вон там северная, крови выпила, — предложил один из бойцов.

— Ладно северную сбей, — ответил руководитель отряда.

Ракета вылетела из наплечной ракетницы боевого мека и разнесла гаубицу в клочья.

В следующий момент огромные шестиствольные автоматические противовоздушные пушки, до этого застывшие и смотревшие в серое предрассветное небо, ожили и развернулись к Стервятникам.

«Глупый, глупый... приказ ничего не трогать», — пронеслось в голове командира и в следующий момент все двадцать меков за пару минут превратились в решето с кровавым месивом внутри.

***

Обращаясь назад, могу сказать, что это было реально страшно.

Когда я вошёл в помещение, Актиния дёрнулась в мою сторону, как будто почувствовала меня, и я уже попрощался с жизнью. Но она просто уставилась прямо на меня и долго протяжно смотрела, не направляя свои щупальца. Потом посмотрела поверх головы, потом левее, затем правее.

Потихоньку страх отпускал скованные конечности, и я начал двигаться. Медленно-медленно, я пошёл вдоль дальней стены. Механические жгуты, на конце каждого из которых находились пулемёты, колыхались, как будто реальные щупальца какого-нибудь подводного монстра в тёплых водах течения.

Каждое их резкое движение вызывало приступ паники, и я останавливался, ожидая что сейчас все восемь пулемётов обратятся на меня.

«Мы не знаем, как близко позволяет подойти эта твоя способность. Если метр, то ты успеешь схватиться. А если три? Она нашпигует тебя прямо в прыжке», — прозвучал в голове голос Кукши. Это была его последняя фраза перед тем, как я вошёл в помещение, и теперь она не давала мне покоя.