ЭлектроРод

Впоследствии, безусловно, они смогут воссоздать, либо найти детали в их первозданном состоянии и улучшить работу прибора. Но сейчас Михаилу настоятельно рекомендовалось работать с тем, что есть.

Я занялся своими делами. Предстояло разгрести тонны бумаг, понять, чем мы владеем, и что приобрели в последнее время. Изучить коллектив и придумать, где нам взять ещё людей.

Через пару дней пришла в себя Нина. Она была всё такой же букой, как и всегда. Но я уже привык к этому. Я заказал из Красноярска букет цветов. И когда его принёс, прямо увидел радость на её лице.

После этого, хоть сумма была не маленькой, я заказал доставку цветов на целый месяц. Кроме того, зная, что она ни с кем не общается, я приходил к ней каждый день на пол часа. Мы сидели вместе: я в кресле в углу, она — в своей кровати, и молчали.

Не знаю, о чём она думала, но я явно её не раздражал. Я же брал себе почитать что-нибудь.

— Ты спас меня тогда, — сказала она тихо как-то в одно из посещений. Кажется, это был пятый день её прихода в сознание.

— Да, — кивнул я, отвлекшись от отчёта.

— Мне ужасно стыдно, — по её щекам потекли слёзы. — Мне стыдно, что все живут ради меня, а я даже не могу им отплатить тем же.

Я отложил бумаги, ошарашенный происходящим.

— Стыдно? — это до сих пор не уходило у меня из головы. — Почему? Ты же кинулась спасать нас. Ты спасла нас там, когда нас атаковал этот огнемётный подонок, там в убежище. Ты спасла меня от Сафонова.

— Этого недостаточно, — всхлипнула она. — Ну оторвала я тому трубку, ну подставилась под Дар Сафонова.

Я встал и обнял её, лихорадочно размышляя, что я мог бы сказать по этому поводу. Ничего в голову не приходило.

— Знаешь, — начал я неуверенно. — Ты очень помогла моему роду. Мы восстановим Южно-Енисейск и это будет наше общее дело.

— Правда? — всхлипнула она.

— Да, — я кивнул, хотя она этого и не видела.

— Я постараюсь, — всхлипнула Нина.

— Ты знаешь, я даже немного завидую твоему дару, — признался я.

— Почему?

— Ты можешь так быстро наскакивать на врагов. А я просто ремонтник техники. Если на поле нет техники, я бесполезен, — в голове всплыл последний бой. — Когда Сафронов убил своего автоматона, я испугался, что мне конец. Я реально думал, что мне конец. Но ты спасла меня, — я поцеловал её в макушку.