Горыныч 3.0. Инициация

Бушующее пламя, ревущее, словно десяток драконов, опасное, уничтожающее пожаром до неба всё вокруг, настолько горячее, что даже с её сопротивляемостью огню она чувствовала себя, как огневица на Купалу, теряющая саму суть. И когда Озара уже почти сдалась, растворилась, сгорела, то вспомнила, что испытание не о сопротивлении, а об осторожности в знакомстве со Зверем. Очевидно, что это что-то огненное и напрямую противиться бессмысленно. И всё же… неспроста ей вспомнилось про огневиц. И Озара начала танцевать, кружиться в пламени, переполненная восторгом и восхищением, успокаивая заботой и вниманием.

Вспоминая об огненном колесе, которое запускают с холма, чтобы помочь Солнцу в Коляду возродиться; углях в печи, на которых так вкусно готовили еду; костре, отправляющем яркие искры в ночное небо. И бешеный злой огонь до небес утих, успокоился, превратился в юркую ящерку, которая свернулась на её запястье браслетом.

После того, как всё закончилось, она очнулась в бане и посмотрела на сестёр, сразу заметив, что у Оляны изменился знак Рода, который они вышивали теми волшебными кровавыми нитками.

Озара предположила, что у каждой из них какое-то своё испытание, вероятно, связанное с будущим Зверем и его возможностями. А пропавшую вышивку посчитала использованным шансом или какой-то помощью от Предка. Что у неё, что у Ожеги знаки не пропадали, но… то ли ещё будет.

Оказалось, что разбудило её то, что сёстры тоже очнулись после своих пятых кругов.

— До зауры ещё сорок частей, — сообщила тётя Блага. — Немного отдохните, наберитесь сил, я пока всё подготовлю.

— А какой следующий барьер? — спросила Озара. Тётя усмехнулась:

— Излишнее любопытство.

— Правда? — спросила Оляна.

— От излишнего любопытства стоит избавляться потому, что оно ведёт к неосторожности ради удовлетворения подобных желаний, — пояснила тётя. — Без лишнего любопытства жизнь становится умиротворённой.

— Но какое любопытство будет излишним? — спросила Озара, впрочем, тут же решив задачку: — Видимо, то, что может привести к глупому риску? И всё же совсем ничем не интересоваться — это как-то… странно.

— Что ж, тогда для тебя это будет действительно любопытное испытание. А пока выходите в предбанник.

— Ой, — Оляна оттянула свою ритуальную рубаху. — В испытании я видела, что оно пропало, и оно и правда пропало.

— Что пропало? А… — поняла о чём речь Ожега. — А что у тебя было?

— Много воды, — пожала плечами Оляна. — Очень много воды, и вся звучала, но я вроде бы шла на какой-то определённый звук.