Сакрополис. Маг без дара

Я завис над песком по-турецки и положил голову на сгиб колена. Гомункул еще хлопал веками и открывал рот, но медленно – точно перед сном – и совершенно безопасно.

Оставалось лишь прожечь череп по периметру и снять темя, как крышку. Работа, в общем-то, несложная, но кропотливая – и чтобы не сидеть в полной тишине, которая в глуби страшнее смерти, мы увлеклись великосветской беседой.

– Я вот думаю, - сказал я, - а почему вокруг нет ни одной животины? Разве здесь не должна шнырять всякая мелочь?

– У гомункулов мало мягких тканей, - Зарубин пожал плечами.

– Да я не в этом смысле. Манород приманивает существ. А тут – никого, хотя излучения достаточно, чтобы заметить издалека.

– Даже не знаю… Может, где-то рядом лежит больше трупов, и все трапезничают там?

– Надеюсь, мы их отыщем.

Я наконец-то вынул заветный трофей и поднес к глазам, чтобы насладиться переливчатым сиянием. И только тогда заметил напротив целую россыпь светящихся голубых точек.

– Хм… Должно быть, вон та самая куча тел.

– Где? – Захар огляделся.

– Да вон же, - указал пальцем.

Товарищ направил на мерцание луч, который вырвал из мрака вовсе не ворох дохлых уродов, а одного – огромного и вполне себе живого. Тут же стало ясно, почему погасла одна из точек при нашем приближении, и почему рядом нет мелких хищников.

Все потому, что совсем рядом обосновался хищник побольше, и ему явно не понравилось, что мы позарились на его драгоценные кристаллы…

Настоящее время

— Опять опаздываете, Матвей Сергеевич? — с наигранным укором произнес старик-охранник.

Я резко затормозил, точно пойманный за курением школьник, и развел руками:

— Пришлось заехать в редакцию. Обсуждали тиражи и обложку.

Естественно, это ложь. После моих грандиозных успехов на бумаге мне остался только электронный самиздат типа автор.тудея, и никакие редакции со мной уже давно ничего не обсуждали и не собирались, а обложки я по обыкновению скачивал из интернета.

Но не говорить же прямо, что все перечисленное — мое единственное достижение на литературном поприще, которому я посвятил пятнадцать лет своей жизни.

— Ладно, — вахтер улыбнулся и закрыл журнал. — В этот раз отмечать не буду. Но с вас книжка с автографом.

— Вы читаете мои книги? — я нахмурился, явно не ожидая таких откровений.