Ружемант

Белка разрешила мне помыться, надеюсь, получится и здесь. Не хотелось светить достоинством перед кучей незнакомых баб.

Первое, что я услышал после того как захлопнул дверь, – тихие, едва слышные всхлипы. Нет, я, конечно, не подарок, но не до такой же степени, чтобы плакать от одного лишь моего присутствия. А может, это от счастья?

Моя сегодняшняя соседка спряталась под ворохом одеял прямо на полу. Разрыдалась, не дойдя до койки?

Здесь все было иначе, чем в комнате Белки. Рыжеволосая красавица любила порядок и уж точно бы не позволила себе такого бардака.

На батарее сушились белые носочки и трусики. По полу, мебели и кроватям были хаотично разбросаны чистые вещи, элементы формы и оружейные детали. Особняком стоял телевизор на полу. Несчастного окружили пустые пакеты из-под чипсов и батарея алюминиевых банок из-под газировки.

Приятно пахло цветами.

Это к кому же меня занесло? Надеюсь, не к тем трем лолям, что с пулеметом?

Ворох одеял зашевелился. Из него показалась заплаканная Айя. Едва увидев меня, она готова была разрыдаться еще сильнее.

Я плюхнулся на койку – та протестующе заскрипела.

– Вылезай.

К удивлению, она послушалась.

На ней были рубаха и юбка. Скомканный пиджак валялся на полу. Красивые синие глаза смотрели на меня с недоумением и страхом. Не нужно было и гадать: она боится меня точно так же, как и прежде.

Хотелось ее успокоить, но не знал как. Обнять? Да ее ведь чуть не изнасиловали. Подумает, что я один них: пришел брать плату за защиту.

От собственных мыслей стало мерзко, но я вдруг вспомнил.

Она смотрела мне в спину. Не видел, но чувствовал: хочет окликнуть, но боится. Будет проклинать саму себя, если вдруг уйду. Потому что не хочет сейчас быть одна.

Я и не собирался уходить. Молния застежки у сумки зажужжала, выпуская наружу мой нехитрый скарб. Инна сунула мне немного еды в дорогу. Бутерброды я съел, пока изучал свои характеристики, а вот плитку шоколада оставил на потом.

Говорят, что бриллианты – лучшие друзья девушек.

Она не сдвинулась с места. Вздрогнула, когда я прошел мимо. Сколько раз бедняжку колотили? И какие еще побои ей приходилось терпеть? Я не знал, но верил, что доброта развяжет ей язык. Доброта, шоколад и чашечка хорошего чая.

Электрический чайник знавал лучшие годы, но как будто никогда не видел воды.

Заскочил в душевую – кран был только там. Узкий поддон, казенный унитаз.