По головам - 2

— А я надеюсь, что нам всем будет весело вместе, сеньоры! Приключения ждут! — в речь первого пилота встрял Хосе, заставив того сначала нахмуриться, а потом ухмыльнуться — видно, что старший товарищ прощал сорванцу многое. Тем не менее, построить его Александер не преминул:

— Хосе, не перебивай старших. Ты как будто на какой-то космической станции родился!

Юнга надулся, а первый пилот, как ни в чём ни бывало, продолжил:

— А сейчас, господа и дама, предлагаю преломить в честь знакомства парочку куриных ножек, или бараньих рулек.

На столе действительно стояли огромные антикварные посудины, в каждой из которых можно было варить суп — не то, что из неё пить. Из таких бы потягивать вино где-нибудь на Авалоне, после захвата замка соседа или убийства очередного дракона.

Вот только возлияния в нашу ближайшую программу ну совсем не вписывались.

— Никакого алкоголя. Через несколько часов нас ждёт ответственная операция. Всем нужны будут свежие мозги.

Краем глаза заметил, как Луций кивнул, одобряя моё решение. Тит же, сидевший за Ярой и уже потянувшийся было за стоящим посреди стола кувшином с вином, прервал движение на половине. Никак своего расстройства внешне не выдал, но подумал несколько недобрых слов в мой адрес очень уж громко, так что я, казалось, почти услышал его ворчание.

Но больше всего возмутился Громовержец, взревевший раненым мирийским тигром:

— Р-р-р-р-р-а-р-р-ргх! Ка-а-а-а-ак? Как это без алкоголя? Я только собрался и наконец откупорил эти бочки древнего ракетного топлива!..

Повернулся к дракону.

— Уважаемый Громовержец. Если вы желаете отведать этого вашего ракетного топлива, я вам помешать никак не могу. Это сугубо личное дело каждого. Но всех членов экипажа, от кого зависит возможный успех нашей будущей операции — попросил бы от возлияний воздержаться.

— Это от меня-то не зависит? Человек. Это очень плохая попытка манипулировать высшим, разумным, и не побоюсь этого слова — интеллектуально чрезвычайно развитым существом, каким я и являюсь!

— А нет никакой попытки манипулировать. Я сказал довольно ясно: те, с кем мы будем работать, планировать сейчас и исполнять потом — должны сохранить абсолютную ясность ума.