Эльф из Преисподней

Конкретно — запоминал, где что расположено, а также прикидывал, где могли прятать сокровищницу. Подозрительных мест хватало, однако проводить углублённые исследования, пока охрана стоит на ушах, я посчитал плохой идеей.

Когда на комплекс опустились сумерки, я проведал и женское общежитие. Его действительно обнесли высоким кованым забором, а по внутренней территории бродили собаки. При моём приближении они залились визгливым лаем; на девушек пёсики так не реагировали.

Я в задумчивости поскрёб щёку. С этим тоже надо было что-то делать.

Вернулся к себе я уже густой ночью. Из-за комендантского часа по комплексу ходили охранники, светя перед собой яркими фонарями; я избежал близкого знакомства с ними и забрался в свою комнату по сточной трубе.

Соседи спали. Посапывал Виктор; раскатисто храпел Пётр. А на моей кровати устроилась, как на своей собственной, Эллеферия, легкомысленно болтая ногами и напевая себе под нос.

При моём появлении она вскинулась. Очевидно, ей не хотелось, чтобы я застал её занимающейся всякими глупостями.

— Ты! — пискнула она. — Еретик и предатель!

— Отнюдь, — возразил я, начиная раздеваться. — У меня просто паршивое чувство юмора. Спроси у Петра, он подтвердит.

— Ты хотел выбросить мою брошку, я видела.

— Хотел бы — выбросил бы, — сказал я. Из одежды на мне осталось одно исподнее, и Эллеферия поморщилась:

— Хочешь смутить меня?! Меня, богиню?

Лунный свет наглядно помогал в демонстрации её румянца.

— Хочу лечь спать.

— Поскорее бы вернуть материальную форму и всласть тебя попинать, — мечтательно произнесла Эллеферия, поднимаясь с насиженного места. Я забрался под одеяло.

— Да, возвращай. Может быть, я даже примирюсь с твоим постоянным присутствием поблизости.

Сомнений не оставалось. Эллеферия либо читала мысли, касавшиеся ей самой, либо чувствовала их общее течение. Богиня взвилась, смотря на меня взбесившейся кошкой.

— Извращенец! Я ещё устрою тебе сладкую жизнь…

— Жду с нетерпением.

Когда она поняла свой неудачный выбор слов, то покраснела ещё гуще.

— Так что ты хотела?

Эллеферия посерьёзнела. Уселась рядом, посмотрела мне в глаза.

— Одна бы я не сумела открыть проход. Мне помогли.

— И кто бы это мог быть?

— Выбирать особо не из кого. Пётр — замечательный человек, но он открыт, как книга… я правильно говорю?.. и простоват. В отличие от эльфа, который притворяется человеком.