Реинкарнация: вторая жизнь в альтернативном мире

Если бы я поинтересовался, как она, то это было бы обычным лицемерием, я ведь так и не вмешался в этот конфликт и не встал на её сторону, решив помочь ей, так с чего мне сейчас беспокоиться за неё?

Разве что я мог бы сказать, что её извинения излишни, но это бы совершенно ничего не поменяло для неё — всё же это наверняка не её инициатива произнести эти извинения. Это базовая политика подобных компаний, в одной из которых она сейчас и работает. Так что стоит случаю повториться, как она так же, как и сейчас, особо не раздумывая, произнесёт эти слова, чтобы просто сохранить работу.

Короче говоря, это просто бесполезная херня.

Так что я молча прошёл на другую сторону кассы и, взяв пакет, стал собирать уже пробитые ей свои покупки.

— С вас шесть тысяч двести, — с той же самой улыбкой на лице и слегка прикрытыми глазами произнесла она, мило указывая рукой на терминал, словно только что ничего и не произошло.

Проведя заранее приготовленной картой по дисплею терминала, я убрал её обратно и, взяв пакеты, стал уходить, вслед услышав:

— Благодарю за покупки.

Ужасная работа. Как, наверное, в целом и вся сфера обслуживания.

А ведь не будь у меня денег, оставшихся от родителей, я бы тоже работал на подобной работе.

Вставал бы рано утром, приводил себя в более-менее нормальный вид, чтобы начальник не докапывался лишний раз, приходил на работу, переодевался в унылую, однотипную униформу вроде той, что надета на девушке, и работал бы по десять часов в день, после чего переодевался обратно и топал домой, где почти сразу бы отрубался от усталости.

С одной стороны — я благодарен родителям за то, что, даже ведя столь жалкий образ жизни, я всё равно имею всё необходимое, а с другой — пожалуй, я такого не заслужил. Вероятно, эта девушка, имеющая возможность зарабатывать и иметь всё с помощью одной своей внешности, но отринувшая это, заслуживает подобного куда больше, чем я.

Но удача — несправедливая вещь.

Она улыбнулась такому, как я, благодаря чему я родился в достаточно богатой семье и теперь могу, ничего не делая, прожить в хорошем достатке всю жизнь, даже будучи полным мудаком.

И честно говоря, на одном финансовом успехе моих родителей моя удача не заканчивается.

Мои родители были довольно хорошими и добрыми люди, из-за чего я, сколько себя помню, всегда рос в доброте и заботе, а о чём-то вроде криков, ругательств и, тем более, физическом насилии родителей по отношению к своим детям — я узнал лишь тогда, когда пошёл в школу.