Граф Верховцев. Задача - выжить

Да еще каждый раз у меня из головы будто вылетают нужные вопросы! — зло процедил я.

— Прям-таки вылетают? — брови отца взлетели. — Ты не думал, о том, что он не рассказывает тебе ничего, потому что ты в его глазах еще слишком молод, чтобы разбираться в таких вопросах.

И вот что ему на это сказать? Я промолчал, раздраженно дернув плечами.

— Впрочем, — продолжил он, — если у тебя появились мысли, что Михаил нечист на руку, нужно это проверить, правильно? И почему у меня такое ощущение, что ты старше, чем кажешься.

Я с некоторой опаской посмотрел на отца. Знал бы он, что в шкуре его собственного ребенка — взрослый мужчина! Но он крепко взял меня за руку, и мы покинули кабинет.

***

— Как обстоят дела в имении, Михаил? — с порога начал Николай Александрович, глядя в глаза старшему по дому.

Тот засуетился и в своей привычной манере, стал перекладывать бумаги с места на место.

— Все хорошо, ваше сиятельство! Как видите, дом в порядке, прислуга сыта и одета, сад радует глаз. И ваш сын не перестает удивлять своими успехами в учебе.

— Денег хватает?

— Да, конечно, ваше сиятельство! — по щекам Михаила пошли пятна.

— Дайте-ка ознакомиться с вашей бухгалтерией.

Пока они разговаривали, я во все глаза смотрел то на отца, то на Дубского. Ведь пока я шел сюда, помнил, что нужно узнать про воровство, но как только увидел Михаила — все вылетело из головы. И теперь каждая фраза отца отзывалась в голове непонятной болью.

— Конечно, Николай Александрович, сейчас найду.

Дубский надолго зарылся в папки.

— Вот, — он протянул ее отцу. — Здесь все записи. Доходы, расходы. Что, куда, зачем. У меня все четко.

— Алексей сказал мне, что вы помогали ему изучить вашу работу. И как успехи?

— Ну, что вы, ваше сиятельство! — всплеснул руками Михаил. — Пару раз прошлись с ним по дому, и я рассказывал, на что обращаю внимание.

Я скривился от этой похвалы. Прислушиваясь к собственным ощущениям, мне удалось уловить эмоции Дубского. Внешне он производил впечатление уверенного в себе хозяйственника, а внутри — боялся, хитрил, врал и искренне верил, что мы купимся и отстанем. Мысленно усмехнувшись, я продолжил наблюдать.

— Вижу, Михаил, действительно у вас в книге все в порядке, — начал отец.