Граф Верховцев. Задача - выжить

Второй раз уже я спрашиваю о количестве прислуги и второй раз не получаю интересующих меня сведений.

— Учителя? — я приподнял бровь.

— Преподаватель Прокофий Андреевич прибудет завтра. Он ответственен за общие науки. За спортивной подготовкой будет следить Василий, вы его уже видели.

— Библиотека?

— Закрыта на ремонт, — быстро проговорил он. — После весенних дождей прорвало крышу. Но ее уже починили!

— Продукты?

— Привозят каждую неделю, — он замолчал, а потом добавил, — по вторникам.

— Бухгалтерию вы ведете лично?

Чем больше я спрашивал, тем бледнее становился Михаил.

Никак не мог взять в толк, почему он так себя ведет. Скрывает что-то? Или не ожидал таких вопросов от одиннадцатилетнего пацана? Ничего, скоро все узнаю, а потом наведу тут порядок.

Вскоре я отпустил старшего, а сам решил обойти дом.

Внутри обстановка была значительно беднее, чем в имении, где жил Алексей ранее. Но везде чисто и опрятно. Прислуга знает свою работу. Заглянул в пустующий кабинет, пробежался глазами по корешкам книг — в основном исторические документы и справочники юриста.

Неторопливо дошел до террасы, вдохнул сладкого воздуха, наполненного ароматами цветов.

При виде меня служанки вздрагивали и прятали глаза. Надо будет расспросить их о причинах такой реакции.

Вскоре ко мне подошел Степан.

— Ваш сиятельство, поехал я обратно, — выдохнул он, комкая кепку в руках.

— Уже так скоро?

— Николай Александрович сказал, сразу ехать.

— Если сказал, то езжай. Только подожди! Матушка просила написать.

Я сейчас.

Я вбежал в дом и остановился, не зная куда дальше. В кабинет? К старшему? В комнату прислуги? Но покрутив головой, в углу заметил высокий секретер с лежащими на нем бумагами.

“Дорогая матушка!

Добрался благополучно. Меня встретили радушно. Обещаю хорошо учиться.

Ваш сын Алексей”

Ничего другого в голову не пришло. Я сложил письмо и вышел на крыльцо, передав его Степану. Он торопливо спрятал послание в карман и отошел к повозке.

Мне вдруг стало не по себе. Степан стал неким связующим звеном с тем домом.

С Марией Федоровной, нянькой Марфой... На глаза сами собой навернулись слезы. Я незаметно смахнул их и попрощался со Степаном.

Едва повозка скрылась с глаз, по спине пробежал холодок. Обернувшись, я заметил движение в одном из окон. С моего места было невозможно рассмотреть, кто именно стоял за занавеской, но почему-то я был уверен, что это Михаил.

Чует мое сердце, не все так хорошо в этом имении, как мне хотят тут показать.