Граф Верховцев. Задача - выжить

Маг начинает швырять заклинания направо и налево, совершенно не думая о своем разуме и душе. Но наши тела могут пропустить через себя только определенный объем магии. Кто-то больше, кто-то меньше. А если постоянно использовать силу, что будет? Подумай.

— Тело изнашивается?

— И тело, и разум. Это как сотню раз согнуть гвоздь. Сломается. Также и мы. Нужны постоянные тренировки для укрепления этого, — он показал на всего себя, — сосуда для магии.

У меня на мгновение возникло чувство, что Лискин сейчас говорил о себе.

— И что ощущает такой маг? Когда наступает перерасход?

— Сначала легкую тоску, — с грустью сказал он. — Будто любимая бросила. Это истончаются магические потоки в теле. А потом внутри поселяется сосущая пустота, которую ничем не заглушить.

— И как вы справились? — вырвалось у меня.

— Пил, конечно. Много! Много пил!

— И магия вернулась? — спросил и прикусил язык.

— Очень глупый вопрос, не находишь? — угрюмо бросил он.

— Георгий, я давно хочу вас спросить, — ошалев от собственной смелости, сказал я.

— Ну?

— А вы ведь знаете, кто я?

— Тот, кто оставил на меня жалобу, — оскалился он в ответ.

— Нет, я не о том, — смутился я. — Я про своих родителей. Точнее, про матушку.

Лискин переменился в лице. В его глазах мелькнула боль, но тут же пропала, уступив место злости.

— Конечно, знаю. Еще бы не знал! Вереховцев! — выплюнул он и вскочил с табурета, отчего тот грохнулся на пол. — Зачем ты меня об этом спрашиваешь?!

— Понять хочу, — спокойно ответил я. — Почему вы ко мне так относитесь.

Лискин расхохотался. Иногда меня искренне поражало, как быстро меняется его настроение.

— А если я скажу, что именно гад?

— Я не поверю. Матушка отзывалась о вас, как о достойном человеке.

— Ох, видела бы она меня сейчас, — он поднял табурет, но садиться не стал. — Тогда, может, и был. А сейчас... Не знаю.

— Так что тогда произошло?

Мне действительно было любопытно. Лискин долго не отвечал, пальцем рисуя что-то на столешнице.

— Так сразу и не объяснишь, — вздохнул он. — Когда отца обвинили в государственной измене, наша семья была вынуждена прятаться ото всех. Светское общество, оно, знаешь ли такое. Едва тень на имя, сразу все связи обрывают. Да, потом через суд отца оправдали, но чего уж там. Мария уже выскочила замуж за Вереховцева.