Жандарм 2

— История и впрямь занимательная, но почему бы Григорию самому не рассказать?

— Не хочу вспоминать ту глупую ситуацию, — поморщился я.

— Тогда уж извините, но и я не вправе говорить об этом, — огорченно развел руками Анатолий.

А я облегченно выдохнул. Мне не хотелось, чтобы Лида знала, что на меня вешалась другая девушка, да еще и готова была отдаться чуть ли не у всех на виду. Было иррациональное чувство, что после этого на какие-то отношения с ней я могу не рассчитывать.

Только после этой мысли я понял, что несмотря на «приостановку» нашего общения, в глубине души я все еще жажду проводить с Воронцовой время.

Ходить на свидания и чем черт не шутит, видеть ее своей постоянной партнершей. Чуть было по щекам себе не надавал, чтобы выбить эту «дурь». Остановило только наличие рядом посторонних. Нет уж! Никаких отношений с Лидой, пока не пойму, что она мне нравится не только из-за воспоминаний из прошлой жизни.

— Очень жаль, — тем временем протянула Воронцова. — Ну, не буду тогда вам мешать наслаждаться местным обществом.

— Вы нам ничуть не мешаете, — тут же распушил хвост перед ней Анатолий. — Наоборот, такая прекрасная девушка только добавит радости в этот вечер одним своим присутствием.

— Благодарю. Но я еще не со всеми поздоровалась, — все же «отшила» она Боголюбова.

Тот это понял и больше не навязывался. Проводив Лиду слегка расстроенным взглядом, не забыв «ощупать» все ее изгибы, он повернулся ко мне.

— Григорий, вы умеете играть в штос?

— В штос? — переспросил я, так как тоже смотрел в этот момент на Лиду, усилием воли заставляя себя не кинуться к ней, чтобы остановить и признаться, что я очень даже желал бы снова с ней куда-то сходить.

— Да. Я собственно и вышел из-за карточного стола в поисках еще одного игрока. Так что? Не составите нам компанию?

— Почему бы и нет, — кивнул я, тут же начиная судорожно вспоминать правила игры, рассказанные Пантелеевым.

Упускать шанс наблюдения за Анатолием в «естественной» так сказать обстановке я не собирался.

Заодно и не совершу глупости и точно не подойду к Воронцовой.

— Отлично! Тогда идемте, нас уже наверняка заждались.

Он уже развернулся обратно к проходу, занавешенному портьеру, как внезапно резко обернулся и спросил.

— Совсем забыл, минимальная ставка — пять рублей, вас она не смутит? Не подумайте превратно, просто по Твери, когда я уезжал, ходили слухи, что вы поссорились со своим уважаемым дедом и тот наложил запрет вам на использование родовых средств.