Кодекс дуэлянта. Книга 1

Я махнул водителю и двинул в учебное заведение.

В светских круга в силу своей профессии, мне приходилось крутиться часто. Я был на шикарных балах, которые устраивали аристократы; был в знатных домах; доводилось бывать и в дворцах.

Но вот в аристократическую школу я никогда раньше не посещал.

Подивиться было чему.

На богатое убранство я не смотрел — таким меня не удивишь. Мраморные дорожки тоже не впечатлили, вызвав лишь вопрос — а каково зимой ходить по ним, не поскользнувшись? Уверен, не одна задница здесь расшибалась и не одна рука ломалась.

А удивило обилие пробудившихся одаренных. Чтобы пробудить в себе какие-то способности, нужно много работы провести. И не факт, что еще получится. Правда, были и счастливчики. Такие, например, как я. Мой дар пришел ко мне сам, еще в раннем детстве. И я его лишь только оттачивал, избежав мук «пробуждения». Да, аристократам легче пробудить дар, у них в крови течет родовая способность, но все же.

Практически у каждого в школе, в которую я пришел, были магические способности. Да непростые — не какие-нибудь манипуляции со звуком или светом.

Возле школы была видна спортивная площадка, на которой несколько ребят сотворяли небольшое ветряное торнадо. Хоть и было оно размером не более половины роста человека и силой обладало не сокрушительной, но меня весьма впечатлило. Как известно, воздушная магия очень капризна, чтобы ей овладеть нужно много тонкостей знать.

На скамейке сидело трое подростков ботанского вида. Сомкнув руки в круг, явно готовясь к какому-то экзамену, они занимались духовными практиками, отрабатывая коллективное погружение. Над ними то вспыхивало, то исчезало что-то вроде небольшого северного сияния.

Чуть дальше, сидя на траве возле дерева, две девушки делали проекции изображения — одна другой показывала парня, которому симпатизировала. Проекция была высокого уровня и качества.

Я присмотрелся к девушкам. Интересно. Весьма интересно.

— Александр! — окликнул меня кто-то.

Я не сразу оглянулся — не привык еще к новому имени.

— Санька! — голос оказался гораздо ближе, заставив меня оторваться от приятного созерцания красоты.

Я оглянулся.

Передо мной стоял приземистый крепкий парень, лет восемнадцати.