Иной. Том 1. Школа на краю пустыни

Сегодня он переночует у нас.

– Здрасьте, – поздоровался я.

В пропахшей лекарствами комнате со старым трубочным телевизором и ковром на стене сидела в инвалидном кресле пожилая женщина в вязаной кофте. Она смерила меня потухшим безразличным взглядом.

– Ну пускай остаётся, пускай, – пробормотала она себе под нос. – Поздно ты сегодня, Надя. Иди, там суп остался. Поешь, а то голодный, небось.

– Хорошо, мам, обязательно. Пойдём, Кирилл, покажу, где спать.

Мы вошли во вторую, закрытую комнату. Надя включила свет. Обстановка тут была довольно приятная.

Письменный стол, кровать, картина в рамочке, точнее фотография картины. На кровати – плюшевый медведь, на полке – книжки. Выглядело это всё очень бедно, но здесь, по крайней мере, поддерживали чистоту и порядок. На тумбочке стоял новенький магнитофон с дисковым проигрывателем – дешёвый китайский аппарат, но зато новый.

Надя закрыла за собой дверь и сказала тихо:

– Мама – инвалид. Она десять лет назад на заводе спину сломала. Теперь у неё немного с головой проблемы.

Ты не обращай внимания.

– Вроде не заметил, – проговорил я.

– Спать можешь здесь. Я сама в зале буду спать, на диване. Бельё сейчас принесу.

«Трахни её, – опять пришла какая-то недобрая идея. – Высвободи семя». Меня эта мысль немного смутила. Разумеется, я не собирался слушаться её, я же не насильник какой-то. Да и не до секса сейчас было. События завертелись бешеным водоворотом, и голова оказалась забита совсем другими вещами. Хотя я не мог не отметить про себя, что Надя – весьма миленькая и неплохо было бы с ней замутить, если, конечно, мы встретимся снова.

– Ты голоден? – спросила Надя. – Там суп есть. Пойду разогревать. Надеюсь, на две порции хватит. А если нет – можно бутерброды сделать.

– Голоден? Не то слово! Слона бы съел, – я действительно очень проголодался. Последний раз ел в поезде.

– Ну простите, слона у нас нет, – улыбнулась Надя.

Кухня оказалась тесной и грязной. Повсюду валялись крошки, на плите и холодильнике пятна и разводы. Мне было неприятно находиться здесь.

Не привык к такой обстановке. Свинарник какой-то. Но из вежливости я промолчал.

– Извини за беспорядок, – Надя включила плиту и поставила на неё большую кастрюлю с супом. – Совсем некогда заниматься домом. Работаю с утра до вечера, а мама в коляске сидит. Даже полы не может помыть. А ты же… ты, случаем, не аристократ?

– Не любишь аристократов?

– Вовсе нет, что ты? Просто подумала… ты, наверное, привык жить в других условиях, а тут… такое.

Это точно.