Иной. Том 1. Школа на краю пустыни

Подобным оружием иных уничтожали наши предки в стародавние времена, теперь же оно являлось всего-лишь вспомогательным инструментом на случай близкого контакта, которого, по Рыбакова, следовало всячески избегать.

У энергетического холодного оружия имелся лишь один недостаток – к заряженному клинку было опасно прикасаться.

После того, как инструктаж был проведён, я зарядил батарею и потренировался в стрельбе. Мишенью стал старый автобус в зарослях. В местах попаданий образовались небольшие круглые отверстия. Волновой импульс не производил сильных разрешений.

Из модуляционной винтовки даже лёгкий бронежилет пробить было проблематично. Главным назначением такого оружия являлось уничтожение существ, состоящих из чистой энергии.

Отстреляв с разными настройками два заряда, я в очередной раз заполнил батарею. К сожалению, бесконечными они не были: самых современных хватало максимум на сотню зарядов.

Послышался звук мотора.

Мы вернулись к дороге. Рядом с автомобилем Петра остановился пикап с жилым прицепом.

Я глазам своим не поверил: в машине сидела Надя, а за рулём – её брат Михаил. Они тоже были одеты в походные куртки и штаны.

Оба вылезали, подошли к нам.

– Здорова, дядь Петь, – Михаил обменялся с Рыбаковым рукопожатием и удивлённо уставился на меня. – А ты тут что делаешь?

– Знаете друг друга? Тем лучше. Вместе поедем, – сказал мой наставник. – Кирилл будет с нами охотиться.

– Привет, даже не думала, что ты будешь с нами, – Надя тоже вид имела удивлённый. – А разве вас отпускают… вот так?

– Я тоже не ожидал тебя здесь встретить, – ответил я.

– Думал, ты – обычная официантка в трактире, а ты оказывается – храбрая охотница на иных.

– Подрабатываю, – Надя загадочно улыбнулась.

– Я – тоже. У нас жалования низкие.

Следом подъехал старый армейский внедорожник с брезентовым верхом. Оттуда вылез знакомый бугай с козлиной бородкой и его приятель, которого я тоже видел среди компании задир.

Несмотря на первое удивление, ребята приняли моё присутствие, как должное. Вопросов не задавали, претензии не предъявляли.

Дядя Петя, как я уже понял, был для всех непререкаемым авторитетом. Никто ему перечить не смел.

Было почти семь, когда наш отряд расселся по машинам и двинулся дальше по разбитой дороге. Мы с Рыбаковым ехали первыми, остальные держались позади.

Вскоре опять началась пустыня. Сухая земля, поросшая низкорослыми кустами и деревцами, раскинулась до самого горизонта. То справа, то слева появлялись группы заброшенных построек.