Иной. Том 1. Школа на краю пустыни

Это считалось хорошим результатом, но я прекрасно понимал, что такими темпами (а ведь не факт, что прогресс будет стабильным) до пятнадцатого уровня полгода буду ползти.

Надо было поглощать иных, и я очень хотел поскорее этим заняться, но пока приходилось ждать. Даже наладить контакт с охотниками из Царицыно не представлялось возможным. Из-за того злополучного рейда в женскую общагу нам запретили ходить в увольнение. Придётся на время забыть и про развлечения в городе, и про охоту, и про Надю, с которой мы за эти недели даже не созвонились ни разу.

В пятницу утром капитан Третьяков после построения позвал меня в кабинет, достал из стопки с увольнительными бланк, поставил подпись и штамп. Затем вытащил из ящика стола запечатанный конверт и вручил мне.

– Курсант Князев, его превосходительство даёт тебе особое поручение. Вот увольнительная на два дня. В конверте инструкции.

Я взял конверт и бланк, приложил пальцы к козырьку и вышел. Кажется, я снова потребовался СКИФу.

Убедившись, что рядом никто не околачивается, я подошёл к окну и вскрыл конверт. Внутри была записка с адресом. В субботу, в двенадцать часов дня мне требовалось встретиться с неким господином Рыбаковым в трактире «Очаг» в Царицыно. Это было как раз то самое заведение, где работала Надя.

Сразу же вспомнился нашу последнюю беседу с Мариной. Наверное, она договорилась с кем-то из местных охотников, чтобы они приняли меня в свою компанию.

Свернув записку, я положил её в нагрудный карман, а конверт порвал и выбросил в урну.

За завтраком оповестил своих друзей о том, что следующие два дня буду отсутствовать, чем вызвал их глубокое недоумение.

– Опять увольнение на два дня? – Никита озадаченно посмотрел на меня. – Серьёзно?

– Признавайся, Кирюх, у тебя тут родственник в командовании? Или твой папаша кому-то на лапу дал? – заподозрил Сергей.

– Ни то, ни другое, – ответил я, приступая к чаю с бутербродом. – Родственников у меня здесь нет, а папаша мой даже знать меня не хочет. Просто очередное дело.

– Да что у тебя за дела такие?

– Не могу сказать.

– Военная тайна, что ли?

– Она самая. Серёг, хватит вопросы тупые задавать, – проговорил я предельно серьёзно. – Здесь много чего засекреченного. Так получилось, что у меня… можно сказать, особый допуск. Поэтому прекращай это.