Гроссмейстер

Я старался сбросить скорость на повороте, но тормоза защёлкнулись, въехал в ограждение, а после меня унесло в кювет. Автомобиль перевернулся.

– Что Вы испытали в тот момент?

И на этот вопрос ответ находится так же быстро, как и на прошлый.

– Ничего особенного. Ни страха, ни ужаса, если Вы об этом.

– Боль?

– Терпимая. Мне рассекло руку осколком стекла, да и пару трещин в рёбрах заработал при ударе о землю.

Врач делает пару пометок в блокноте и переворачивает страницу. Переводит взгляд сначала на белую стопку бумаг, а после на пациента.

– Вы были всё это время в сознании?

– Нет, – едва заметно машет головой тот, а после слегка приподымается и расправляет спину. – Я пару раз отключался. Последнее, что я помню – как меня вытаскивали из машины.

– Как долго Вы ждали помощь?

– Около четырёх часов.

– Смерть?

– Я думал о ней, но был уверен, что выживу.

– Семья? Вы думали о ней?

– Нет.

– А о чём же Вы тогда вообще думали?

А здесь уже сложнее – Тео размышляет какое-то время, а после встаёт.

Меряет комнату шагами. Всматривается в светло-серую пустоту, где у прошлых посещенных им специалистов все было увешено патентами и наградами. Здесь же нет этих бумажек. В целом, они бы и не подошли к интерьеру кабинета, как ему кажется. Подходит к окну и смотрит на серое вечернее небо.

– Если для Вас это сложный вопрос, то мы можем поговорить о других вещах. Более простых и отвлеченных, – Вьери подымает глаза на маленькие настольные часы – половина седьмого, рабочий день уже должен был закончиться ещё полчаса назад.

Однако не может уйти, бросив пациента. Врачебный долг.

– Нет, – отрезает он ледяным голосом. От него становится не по себе, а по спине пробегают мурашки. – Я думал о вещах, которые я не успел сделать.

Она опять делает пометки на листе, сжимая в руках маленькую фигурку, стянутую с шахматной доски, стоящей в углу стола.

– И много таких вещей?

– Нет. Всего две.

– Расскажете?

– Только если Вы согласитесь отужинать со мной завтра.

Лина откладывает ручку в сторону, сплетая пальцы. Они белые, намного светлее, чем основной тон кожи. Непропорционально длинные. Не очень красиво, но что-то есть в этом зрелище цепляющее.

– Извините, однако я предпочитаю не иметь каких-либо контактов со своими пациентами вне моего кабинета.

– Жаль, – уверено говорит парень, возвращаясь на место. – Как жаль, что у Вас нет права на отказ.

Девушка снимает очки.