Последыш II (Род и Клан)

– Мария Назарова собственной персоной! Наш пострел везде поспел, или так и было задумано?»

На этот раз она была не с братом, а с женщиной бальзаковского возраста, на которую походила и лицом, и цветом волос. Бармин сказал бы, что и фигурой, но, скорее всего, такой, как Мария, эта женщина была лет тридцать назад. Естественно, магия затормозила старение, заморозив женщину где-то в возрасте тридцати с небольшим, но при практически одинаковом росте, незнакомка, - по-видимому, госпожа Назарова старшая, - была полнее своей дочери, шире в бедрах и обильней в груди и плечах.

«Вот выйдет замуж, - отстраненно подумал Ингвар, рассматривая тонкую и «трепетную» фигурку девушки, - родит и станет точно такой же, как мать. Не сразу, но со временем…»

- Рад вас видеть, госпожа Назарова, - поклонился он Марии. – Представите меня вашей маменьке?

- Как узнали, молодой человек, что я ее мать, а не старшая сестра?

- Всего лишь интуиция, - улыбнулся Бармин.

- Мама, - сказала между тем Мария, - разреши представить тебе последнего из рода Менгденов.

- Менгден, - назвался он, еще раз поклонившись женщине. – Но должен вас поправить, госпожа Назарова. – У меня есть старшая сестра Варвара.

- Но она же Глинская, - подняла бровь старшая женщина, - разве нет? Меня кстати можете называть попросту Екатериной Алексеевной.

Что характерно, своей фамилии она не назвала, и это было более, чем странно.

- Глинская или нет, - сказал он вслух, - она все равно моя сестра.

- Она, кажется, живет теперь с вами? – продемонстрировала свою осведомленность Екатерина Алексеевна.

К слову сказать, прозвучало двусмысленно, но Ингвар решил на второй смысл внимания не обращать, тем более, что между ним и Варварой ничего, кроме игры взглядов, так и не произошло.

- Мы все сейчас живем у моей бабушки по материнской линии княгини Кемской, - ответил он на вопрос.

- Что ж, рада была познакомиться, - чуть улыбнулась женщина. – Мне, если по совести, надоел осмотр достопримечательностей, а Машеньке – наоборот. Любит, знаете ли историю, искусство и все прочее в том же духе.