Последыш II (Род и Клан)

Неудивительно поэтому, что в банк его сопровождала тоже она, но, разумеется, открывал он сейф в гордом одиночестве.

Процедура признания его владельцем сейфа заняла довольно много времени. Многочисленные формальности и подписание всякого рода бумаг, не говоря уже о сверке документов, тянулись и тянулись, но, в конце концов, Ингвара все-таки допустили в святая святых и оставили наедине со стальным пеналом стандартного размера. Во всяком случае, прикинув на глазок ширину, высоту и глубину ячейки, Бармин подумал именно так.

В свое время, - и не так, чтобы очень давно, - в Питтсбурге у него была такая в Bank of America. Судя по всему, в обоих мирах мозги у банковских служащих работали одинаково: ширина пенала была около 25 сантиметров, высота – примерно 15 и глубина где-то 30-35.

Откинув крышку, Ингвар обнаружил в сейфе довольно много легко узнаваемых бархатных коробочек, сафьяновых футляров и замшевых мешочков-кисетов.

«Драгоценности, значит… Ну, этого следовало ожидать, разве нет?»

И в самом деле, не деньги же в банковских упаковках хранить в таком месте, а сейф, - и его местоположение, и содержимое, - указывали на то, что это отнюдь не заначка на черный день, как в любимом фильме Бармина «Идентификация Борна», где точно в таком же стальном ящике лежали паспорта, деньги и автоматический пистолет.

Здесь все было другим: и антураж места, - хотя и там фигурировал какой-то весьма солидный швейцарский банк, - и эти вот коробочки, открытым текстом намекавшие на то, что их содержимым являются драгоценности.

«Ладно, посмотрим…»

Открыв первый попавшийся на глаза длинный футляр пурпурного цвета, Бармин нашел в нем нечто поистине прекрасное: золотое ожерелье изумительной работы, украшенное крупными темно-синими сапфирами и голубыми бриллиантами. Просто Брисингамен[3] какой-то, никак не меньше. Впрочем, не хуже выглядели и серебряный глидерный браслет[4], найденный в другой коробочке, и совершенно фантастический, - очень древний, судя по внешнему виду, - науз[5], сплетенный из кожаных ремешков, с вплетенными в него крошечными фигурками животных, отлитыми из золота или выточенными из драгоценных камней: благородного берилла и изумрудов.

«Сокровища короны?» – сыронизировал Бармин, но сделал это скорее по привычке, поскольку на самом деле вполне оценил оставленное ему дедом наследство. Впрочем, в сейфе находились не одни лишь драгоценности. Сверху на всех этих коробочках и футлярах лежал конверт большого формата с вложенными в него бумагами.