Иной. Том 3. Родственные связи

Тимофей Фёдорович ещё вчера улетел в Екатеринбург, а мы с Аркадием остались, поскольку он хотел лично тебя забрать.

Тимофей Фёдорович тоже был одним из наших родственников, работающих в компании отца, но о нём я ничего не знал, кроме того, что князь этот обладал очень высоким уровнем.

– Отлично, – буркнул я.

– Смотрю, ты не рад возвращению домой, – дядя, наконец, заметил, в каком я настроении.

– Меня выкинули, как дворовую собаку, отобрали всё, а теперь возвращаете? Кем я у вас буду? Слугой? – вспылил я. – Чему мне радоваться?

– Как бы то ни было, дома всегда лучше, чем на чужбине.

– Конечно, как скажете, ваше сиятельство, – проговорил я с сарказмом.

Может быть, дома и лучше, но только не с такими родственничками. Но где ему это понять? Одно радовало: долго я там не пробуду.

На самом деле какая-то часть меня радовалась возвращению в столицу из этого захолустья, но слишком много вещей омрачали эту радость. Слишком много.

Я снова погрузился в раздумья. Что отец хочет от меня? Какую изощрённую месть он придумал? Он точно не собирается возвращать мне фамилию.

Тогда что? Заставит работать на себя? Возможно. Люди с высоким уровнем нужны каждому роду. Проблема в том, что не окончив спецшколу, я так и останусь никем: не получу статус, не получу особых прав, а значит меня никто не возьмёт на работу и не даже лицензию на охоту не выдадут, и я всю жизнь буду вынужден ишачить на своего папашу. Он на это рассчитывает?

Проехав центр Москвы, мы выбрались на дорогу, ведущую в аэропорт.

Он находился в восточных пригородах.

Старое двухэтажное здание, отделанное серой фасадной плиткой, напоминало контору какой-нибудь захудалой компании. Если бы не большие буквы на нём, я бы ни за что не подумал, что здесь находится аэропорт. Он выглядел в разы беднее главного столичного аэропорта – огромного сооружения с изогнутым стеклянным фасадом, множеством терминалов для посадки и нескончаемой чередой такси, которые толпились перед входом. Здесь было всё иначе.

Мы проехали дальше, свернули в ворота и попали на взлётную полосу или, точнее, площадку, где сидели, ожидая своего рейса, вертолёты и небольшие моторные самолёты.

Некоторые были накрыты брезентом, другие же имели такой ужасный вид, что казалось, уже никогда не полетят.

Отдельно стоял частный самолёт князя Скуратова, готовый выехать на взлётную полосу.

Машина остановилась возле опущенной двери, которая играла роль трапа. Мы с дядей покинули внедорожник и поднялись на борт самолёта.