Травник. Оружейник

Несколько внутренних щитов блокируют вход, в том числе и какая-то баррикада установлена. Неужели Жанка сама подтащила кресло и стол?

— Уважаемые, — обратился я к работницам целительского центра, — отойдите на пару метров, чтобы беременная не разнервничалась и меня к себе впустила.

— Да кто вы та… — начала Белла Эдуардовна, но ее мой спутник прервал:

— Прошу вас, — тихим голосом произнес парень.

Я не стал обращать внимания на их разгорающуюся перепалку, стукнул пару раз в косяк и произнес:

— Жанна, пусти меня к себе.

— Стас? — вопросительно поинтересовался из палаты неузнаваемый измученный и безжизненный голос.

— Да, — скрипнул я зубами, понимая, что ситуация еще хуже, чем думал.

— Только никого с собой не впускай, даже Мишу. Хорошо? — скрипуче произнесла больная.

— Договорились, — ответил ей и указал приятелю на целителей: — Отойди к ним, иначе Жанна дверь не откроет.

Друг кивнул, сделал пару шагов назад, а у самого в глазах тоска и печаль.

Черт, это на что же подписываюсь?! Отступиться? Нет, сделаю все возможное, Жанка неплохая девчонка.

За дверью послышался шорох, баррикаду беременная стала разбирать, а перед тем, как отпереть замок еще и уточнила:

— Стас, ты точно один войдешь? Дай слово!

— Клянусь, — мрачно произнес я, пытаясь запустить диагностические щупы.

Увы, те разбиваются о странный магический купол, окутывающий Жанну. Пробить его не так-то легко, есть опасность навредить источникам, выставившим эту защиту. Отозвал посылы, решив перво-наперво переговорить и воочию посмотреть на старую знакомую.

Дверь приоткрылась, меня схватили за халат и втянули в палату, после чего вновь щелкнул запор, а девушка навалилась на кресло и прошипела:

— Помоги.

— Смысл? — хмыкнул я. — Попроси у меня защиту, и никто сюда без боя не войдет. Поверь, вреда тебе не причиню, а силы следует экономить. Ну-ка, посмотри на меня, — взял Жанну за исхудавшую руку и к себе девушку заставил повернуться.

— Страшна? — хмуро поинтересовалась та.

Волосы спутаны, сальные, кожа лица серая, глаза провалились, исхудала, про ауру пока и говорить нет желания.

Магический фон от девушки идет такой, что глаза режет. Всполохи превалируют серого и темного цветов, что само по себе плохой признак.

— Тебе не на подиуме красоваться, — отмахнулся я и указал на кровать: — Присаживайся и рассказывай.

У меня немного отлегло на душе, Жанна выглядит плохо, с этим не поспоришь, но непосредственной угрозы ее здоровью не увидел.