Травник. Оружейник

Правда, снег заметает все и вся, видимость плохая, в такую погоду надо дома сидеть или в теплом офисе, в окошко любоваться разыгравшейся настоящей вьюгой.

— Надеюсь у тебя не слики стоят? — пробурчал я, устраиваясь на переднем сиденье рядом с гонщиком, который завел мотор машины и включил обогрев на полную.

— Черт его знает, — пожал плечами Михаил. — Ты же знаешь, скорость люблю.

— Никуда я с тобой не поеду! — погрозил ему пальцем. — Амулета «последней надежды» не имею, а разбиться с тобой не горю желанием.

— Стас, пошутил я, — отмахнулся парень, — зимняя резина тут стоит, но не шиповка, а липучка. Тормозной путь в городе важен, как и сцепление, не считай меня за идиота.

— Тогда ближе к делу, — усмехнулся я. — Ты же специально сюда меня привел, чтобы переговорить. Почему не захотел этого в моем поместье? Испугался подслушки?

— Да, не хотелось бы, чтобы кто-то о моих словах узнал. Вдруг когда-нибудь Жанне шепнули, а это окажется для нее тяжким ударом.

— Попросишь убедить избавиться от ребенка?

— Другого варианта нет, — опустил лоб на руль гонщик.

Костяшки побелели, желваки заходили ходуном, Михаил не поднимает на меня глаз и продолжает говорить:

— Испробованы все возможные варианты, ей ничего не помогает и нет вариантов для спасения малыша. Вопрос стоит о жизни моей жены! Стас, ты один способен ее убедить, — он резко отпрянул от руля и посмотрел мне в глаза.

— Обещать не возьмусь, — нахмурился я, ожидая продолжения.

Пока в его словах нет криминала, если так можно выразиться.

— Тогда сделай ей инъекцию, — запустив руку в карман куртки и выудив небольшой пластиковый бокс с шприцем внутри.

— Издеваешься? — прищурился я.

— Блин! Да пойми ты, черт тебя дери, дорога каждая минута! Мы тут сидим, а Жанна страдает и в любой момент у нее возможно наступление ухудшения! Если она что-то заподозрит, то тебя выставит и второго шанса не будет!

— А сам? — коротко уточнил у своего собеседника, кивнув на бокс в его ладони.

— Не могу, — потухшим голосом ответил тот и опустил голову на грудь.

Какое-то время в машине наступила тишина, если не считать урчание мотора и шум от вентиляторов, гонящих теплый воздух в салон.

— Давай, — я протянул парню ладонь. — Увижу, что вариантов нет, тогда это средство вколю, но предварительно хочу узнать его свойства.

— Целительница-акушерка Белла Эдуардовна все пояснит! — воскликнул Михаил, передавая мне бокс.