Гром гремит дважды

Тао застонал, заворочался. А я всё стоял и смотрел на стену, в одних трусах. Смотрел и думал.

Увидел ли я это слово, а потом подсознание решило сыграть со мной шутку и породило то видение? Или же это — одно из тех удивительных совпадений, что определяют нашу жизнь?

— Ты уже встал? — спросил Тао.

Я не стал отвечать на дурацкий вопрос. Натянул штаны, накинул куртку.

— Байшань, — повторил вслух, возясь с завязками.

— А чего Байшань? — спросил Тао.

— Так... Вспомнилось.

— Бывал в Шужуане?

Я резко развернулся и уставился на него.

— Где бывал? Как ты сказал?

Тао отшатнулся, заморгал, демонстрируя дух борца.

— Шу... Шужуань, — пробормотал он. — Так мы называли это район.

Шужуань. «Обрубки».

— А почему? — спросил я.

— Да не знаю. Вроде, говорят, из-за калек всяких. Ну, которые у туристов клянчат — которые приезжают, чтобы подняться на гору. Правильное-то название — Байшань, Белая гора. Калек там вокруг — полно.

— Там всё началось, — задумчиво повторил я слова китайца, в существовании которого уже не сомневался.

Что ж, попробуем собрать всё в кучу. Что у нас получается? Я — полицейский. Работал с напарницей, не китаянкой. Меня похитили, или что-то вроде того. Мне вкололи наркотик. Со мной говорил китаец. И ещё — светящийся круг на полу.

То ли воспоминания, то ли галлюцинации. Может, я вообще вижу свою прошлую жизнь. Это, конечно, занятно, только непонятно, зачем мне нужно. Как мне эти воспоминания помогут сбежать из школы?

— Пошли умываться, — сказал Тао. — А то предупреждения влепят за опоздание.

— Угу... Сейчас, койку заправлю.

***

Зубная паста и зубная щётка обнаружились в тумбочке, там же было и полотенце. С утренним туалетом я справился раньше всех, хотя никаких ощутимых преимуществ мне это не принесло. Воспитатель, ждавший во дворе на построение, лишь лениво глянул на меня, явившегося первым.

Начиналось моё первое «правильное» утро в школе Цюань. То есть, утро, когда просыпаешься в своей койке, а не в консерватории, и далее живёшь в соответствии с распорядком.

Когда все собрались во дворе, нас пересчитали, после чего двое воспитателей, размахивая руками, негромко заговорили меж собой.

— Жонг сбежал, — сообщил мне Тао.

— Как? — спросил я, не успев прикусить язык.

Неправильный был вопрос. Надо было сказать что-нибудь вроде: «Серьёзно? Ну ничего себе! А кто такой Жонг?». Но меня целиком и полностью захватила мысль о том, чтобы сбежать из школы, и теперь я, услышав о чужом успешном опыте, сразу заинтересовался.