Последний жнец рода.

И начать он хотел сверху, так как там, по его мнению, там меньше вероятности найти сущности, а значит, быстрее пройдёт проверка. Ну а подвалы надо осматривать капитально, значит, времени уйдёт больше и, осмотр будет куда тщательней.

В общем, прибор молчал, и мы наконец-то смогли спуститься в подвальные помещения. И вот здесь уже начинались, чёртовы, плохо освещаемые катакомбы.

Весьма уставший я шёл чуть в стороне, ибо прибор у нас был один, и он был у Кристины, которую донимал неугомонный дед. И откуда в нём столько сил-то.

За спиной остался первый нижний ярус, а мы сейчас шли по второму и последнему подземному этажу, где пахло отсырелым бетоном, а свет тускло освещал сплетения коридоров.

— Чёрт! — Выругался один из сторожей, налетев на торчащую из стены арматуру и распахав себе ей плечо.

Всё посмотрели на мужика средних лет в синем костюме охранника.

— Василий. Сильно поранился? — Обратился Дмитрий Фёдорович к неудачливому охраннику.

— Терпимо Дмитрий Фёдорович. — Морщась от боли, зажимая рану ладонью, из-под которой капала кровь, произнёс охранник.

Пока невезучему мужику пытались оказать первую помощь, Кристина пошла дальше, крутя приборном, словно он от этого лучше работал. А через минуту все услышали скрежет, словно по бетону скребли палкой.

Прибор же стал чуть слышно издавать писк.

Вот тут все насторожились. Охранники сбились в кучу, светя по сторонам плохо освещённого коридора фонариками. Телохранители спереди и сзади закрыли собой деда. Кристина, что шла впереди, уставилась на прибор, а я разложил шест, который держал всё это время в руках.

Впереди раздался треск, словно отвалилась часть стены или обвалился пол, а прибор заверещал так сильно, что один из охранников выронил в испуге фонарик.

— Уходите! — Кристина вскрикнула, прицепляя определительный прибор на пояс. — И вызывайте….

Договорить девушка не успела, так как из чёрного прохода в какое-то помещение, что было впереди по коридору, вывалились несколько фигур.

— Скелеты! — Заорал один из охранников и бросился наутёк, а следом за ним и его коллеги.

На нас же, словно с каждым шагом, всё больше приобретая подвижность, двинулись монстры.

На скелетах свисали грязные лохмотья, в которых можно было узнать строительные робы, а их пустые глазницы светились красным ярусным светом.

Единственно, что отличало эту толпу от обычных скелетов, так это то, что у некоторых из них руки заканчивались не кистями, а острыми обрубками, словно плоские копья.