Последний жнец рода.

Ладно, — мило улыбнулась Крис, начиная идти рядом со мной, я же не стал останавливаться. — Ты подумал?

— Мой ответ. Нет. — Несмотря на черноволосую красотку, произнёс я.

— Ну, ты что опять начинаешь-то. Мы же практически напарники. Хочешь, пошли, посидим в кофе, попьём. Я угощаю. — В этот момент у нас, у обоих одновременно послышались звуки приходящих сообщений, и Кристина, достав из кармана толстовки навороченный смартфон, расплылась в улыбке. — А вот и премия за Потрошителя пришла. Так что? Пошли.

Я куплю тебя самый большой бургер или два. — Девушка руками показала, насколько большой будет бергер, толкая меня своим плечом.

Я слегка искоса посмотрел испепеляющим взглядом на Кристину и произнёс:

— Вот сама его и ешь, а я пошёл. Мне к зачёту надо готовиться и до семи свалить из дома на тренировку.

— Тренируешься это хорошо, а ты же и в тот вечер тренировался в парке. А зачем до семи?

— К сестре подруги придут. Хочу до них свалить. А то походу до приезда Арины сестричка каждый день девичники закатывать будет.

— Неохотно ответил я.

— Какой сестре? — Непонимающе протянула Кристина, моргая. — У тебя же нет сестры или есть? По документам нет.

— Да не сестра она мне. Просто живём вместе. Наша опекунша говорит, что мы типа семья. И такие обращения сделают нас ближе друг к другу. На тренинг съездила в выходные. Крепкая семья называется. Вот теперь пожинаю плоды этой мозга промывки.

— О, как, — Кристина хохотнула, а у неё зазвонил телефон. — Чёрт.

Шеф звонит. Я тебе вечерком позвоню, и только не возьми трубку.

Кристина остановилась, отвечая на звонок, а я пошёл дальше, вынимая из кармана телефон.

— Ничего себе. А жизнь-то налаживается. Я улыбнулся, смотря на оповещение от банка, что на мой счёт зачислено семьдесят пять тысяч рублей. — Интересно, а это всё мне за Потрошителя? Или поровну с Кристиной и её напарниками. Наверное, поровну. Она же тоже оповещение получила.

Уже, будучи дома, я с пару часов посидел за книгами готовясь к зачёту.

Даже записал на телефон базовые упражнения из дневника деда, после чего, одевшись в спортивную одежду, закинул рюкзак за плечи и вышел из дома под ворчание сестрички, что жутко бесилась, когда я её так называл, о чего мне так говорить было за вредную радость.

В наушниках звучал мой голос, зачитывающий базовые знания и принципы магии жнецов, а я медленно бежал по улице, радуясь тому, что хоть и не на сто процентов, но могу бегать.