Последний жнец рода.

Драться, как я помнил из воспоминаний Алекса в университете, было нельзя, без официальной дуэли. Но если очень хотелось, то можно. Главное — не использовать магию. За простое махание кулаками, конечно, пожурят, снимут ученические баллы, но не более. Хотя баллы это весомый аргумент с их помощью можно было закрывать предметы, что не давались, да и рейтинг учащихся от этого страдал.

Был ты такой, к примеру, на двадцатом месте во всём университете. Подрался. Скатился на двадцать первое или двадцать второе место. Обидно так-то.

Пока я под смешки и ехидный шёпот вставал на ноги, Андрея пожурили и да, сняли пять баллов.

Лентин же после этого прошёл до своей парты, и сев кинул на меня испепеляющий взгляд. Думаю, после занятий мне светит взбучка.

Так, оно и вышло. Пока шли занятия меня в принципе не трогали. Могли плечом задеть или ногой. Пошутить над моим весом или грубо обратиться. Но всё без рукоприкладства. А вот когда учебное время кончилось и я, выполз из университета, то за его пределами меня уже ждал Андрей со своими дружками.

Я, конечно, не хотел убегать как трус. Но если б даже захотел, то я и бег — это небо и земля. Я хожу-то с отдышкой. Так что я, сжав зубы, пёр на своих одноклассников, что улыбались, смотря, как я медленно приближаюсь.

Если б я был в своей былой форме, то эти четверо ребят не несли бы для меня ни малейшей угрозы. Всё же меня тренировал король обезьян и нефритовый император, что практиковал жёсткие стили ушу.

От мысли об императоре мои голени словно заболели, хоть и не испытывали его дьявольской набивки.

— Смотри-ка, даже не попытался убежать. — Гадко так, улыбнулся, глядя на меня Андрей, что, кстати, был аристократом среднего порядка, я пробил его герб в интернете прямо во время урока через телефон.

— Ты моей смерти, что ли хочешь? Отдышка меня убьёт. — Спокойно произнёс я, стоя перед парнями.

— Андрюх, — обратился к белобрысому, чернявый и кудрявый парнишка лет семнадцати на вид. — Тебе не кажется, что жирабас какой-то борзый сегодня?

Андрей скривил поджатые губы.

— Престо мозги видно совсем жиром заплыли. Значит надо напомнить. — Криво ухмыльнулся Лентин и толкнул меня в грудь.

Я отшатнулся, смотря на четвёрку парней, что словно гиены скалились в ехидных ухмылках.

— Вы чё сброд дворовый. Решили по беспределу наехать. Решили нанести мне вреда? — скинул я рюкзак с плеча на асфальт, вспоминая Семёна Игоревича. – Чё вылупился, — обратился я к кучерявому чёрноволосому парнишке, у которого отъезжала от удивления челюсть.