Дракула, где домашка?

Ты необычный мальчик, Сережа, — резко бросает мне Свон, потом быстро целует в щеку и убегает.

— Ну вот, на самом интересном месте, — с досадой бросаю я, трогая след влажных губ.

Ничего, она никуда не денется. А пока надо слегка поучиться. В голове Новикова полно всяких знаний, думаю в грязь лицом не ударю. Неспешно иду вперед, пропуская толпу детей. Не престало Темному Графу, лететь сломя голову, по первому же звонку.

Память Сергея четко вела куда надо. Прошел по длинному коридору и вошел в класс, который был как.

Вместо лавок стулья стоят. На стене висят портреты каких-то смертных. Бочка с розгами стоит... Эй, а где розги? Странное какое-то обучение. Варвары! Хотя одна палка у доски вроде есть. Но она на длинный осиновый кол больше похожа.

Хотя, обстановка мне не важна. Внимание привлекли одноклассники, которых тут человек двадцать. И все пялятся на меня, как Ван Хельсинг на своего адепта, который не хочет ложиться с ним в ванну.

— Блин, Новиков, ты опаздывать задолбал! Опять весь класс подставляешь, — вопит девчонка в очках, видно, местная зубрила.

— Охо-хо, дракула к нам явился! Что за обезьяний костюмчик, придурок??? — орет парень с брекетами, который качается на стуле.

Телекинез всегда давался мне очень сложно. Но все же кое-как концентрируюсь. Устанавливаю мысленный контакт с выскочкой. Одно усилие магии... И он летит на пол, заваливая заднюю парту, за которой сидят две пухлые барышни.

— Сазонов, козел засратый! — орет грудастая девушка.

— Дебил, ты нам парту сломал! — вторит ей такая же по комплекции туша.

— Аха-ха-ха, — смеется весь класс, прекратив пялиться на меня.

— Слышь, а ты че улыбаешься, дракула?! Давно звезды не получал что ли??? — кричит с первой парты Даня.

Ну конечно, он мой одноклассник. Жирный с белобрысым тоже на месте. Видно, троица сильно достала Серегу за многие годы. Что ж, им придется платить по счетам, причем долго...

— Не знаю, как насчет звезд.

Он не помнил, что было вчера. Поэтом поднялся с места, зашипел и чуть не бросился на меня. Но его схватили за толстовку и усадили. Ведь в коридоре слышались шаги нашей училки.

Не успел я занять свое место, как в кабинет вошла женщина лет пятидесяти с морщинистым лицом, одутловатым телом и злобным выражением лица, в уродливых массивных очках.