Шелест. Фаворит

У меня, похоже, поехала кукуха, потому что я решил, будто удача на моей стороне, и, не откладывая в долгий ящик, приступил к полному комплексу испытаний, употребив желчь.

Из положительных моментов — я не испытал того отвращения, которое на меня накатило от понимания, что исходной формой был человек. Противно? Да. Рвотные позывы? И это было. Но только и всего. Из отрицательных. Меня опять практически сразу скрутило в припадке невыносимой боли.

Глава 10

Орудие изрыгнуло пламя и дым, огласив округу грохотом выстрела, вздрогнуло и, взбрыкнув, подалось назад.

Сошник, упёршись в землю, снял слой грунта, словно отвал, закреплённые на спицах колёс противооткатные пружины натянулись, а затем подали гаубицу обратно.

Через несколько секунд на расстоянии в три версты вспухло белое облачко. Я активировал «Дальнозоркость» и отчётливо рассмотрел, как упала группа мишеней. Из тридцати штук стоять осталось только шесть. Ну что сказать, в этот раз прилетело куда точнее, чем в прошлый. Я постепенно нарабатываю опыт в этом деле.

Мишени недолго оставались в лежачем положении, секунда и противовесы начали поднимать их, а ещё через одну они вновь изображали стойких оловянных солдатиков. Я удовлетворённо кивнул и отдал команду:

— Передок к орудию! — И, обернувшись к поручику Воронину, спросил: — Ну и как вы находите мою новую гаубицу?

— Не знаю, во сколько она вам обошлась, но я в неё уже влюбился, — заворожённо качая головой, произнёс он.

— Дорого обошлась, не без того. И снаряды по цене кусаются, — вынужден был признать я и добавил: — Но какова эффективность!

— С этим не поспоришь, результат внушает, — всё так же под впечатлением произнёс поручик.

Расчёт из десятка крепостных парнишек подогнал к орудию передок и начал цеплять его. Пора менять позицию, сейчас приблизимся на произвольную дистанцию и сместимся… да хоть вправо и повторим серию из трёх снарядов.

Делать ставку на одних лишь одарённых глупо, как не стоит возлагать все надежды и на винтовки.

Они, конечно, обеспечат серьёзное преимущество, но памятуя о Крымской войне, полагаю, все же не подавляющее. А вот шрапнель, которую я решил всё же назвать на русский лад градом, уже совсем другое дело. Причём если пойти дальше и не начинять обычную круглую гранату пулями, а создать полноценный снаряд, то и толку будет куда больше.

Я мог пойти по пути наименьшего сопротивления и использовать литой чугунный оперённый снаряд, оставив гладкоствольную пушку.