Шелест. Фаворит

Когда вошли в вестибюль, увидели рядом со столиком высокого и статного дворянина, коротким кивком обозначившим приличествующий поклон. Охрана. Что вполне объяснимо в их развесёлые времена.

— Как прикажете доложить? — поинтересовался дворецкий, принимая у гостей шляпки, зонтики и накидки.

— Великая княжна Долгорукова Мария Ивановна.

Не назвав Лизу, никакого пренебрежения по отношению к ней она не выказала. При такой персоне мелкопоместную дворянку поминать попросту не принято. Уж слишком разного полёта птицы.

Да, Мария считала её подругой, но это вовсе не значит, что и перед другими стоит выставлять её ровней себе. Сословное общество, что тут ещё сказать-то.

Их тут же проводили в гостиную и передали в заботливые руки прислуги. Довольно быстро на столике появились чай, сахар и рассыпчатое печенье. Не сказать, что так уж хотелось есть, скорее кусок в горло не лез, но девушки отдали должное угощению, съев по одному печенью и запив его парой глотков терпкого чаю.

— Добрый день, ваше высочество.

Прошу прощения за ожидание, это такая неожиданность, я торопилась, как только возможно, — присела в реверансе появившаяся в дверях Голицына-Тульева.

При виде статной женщины, затянутой в мундирное платье, Мария невольно прикусила нижнюю губу. Сделать это она постаралась незаметно, не подавая виду, однако данное обстоятельство не укрылось от хозяйки дома, и её губы едва дрогнули в неопределённой улыбке. Елена Митрофановна прошла серьёзную школу дворцовых и светских интриг, закаливших её как стальной клинок.

Так что владела собой в совершенстве, и вот это проявление чувств могло иметь только одну цель, задеть за живое гостью.

От осознания этого на щеках Марии появился лёгкий румянец, а в висках запульсировало от охватившей злости. Однако она постаралась взять себя в руки, ибо пришла сюда не для того, чтобы препираться или ссориться. Она хотела спасти дорогого ей человека, оставшегося в осаждённом редуте, который уже штурмует противник, имеющий подавляющее преимущество.

— Елена Митрофановна, я пришла к вам, чтобы сообщить, что небезызвестный вам Ярцев Пётр Анисимович в настоящий момент находится на границе с Ливонией, на Заситинском редуте, осаждённом фузелёрным полком под командованием кронпринца Рудольфа.

— Что простите? — искренне удивилась Голицына.

Новость, похоже, её ошарашила. Причём наверняка причина не в самом факте атаки регулярными ливонскими войсками русского укрепления, а именно в Петре.