Скотина

Кровать с массивными чугунными ножками, слона удержит, так она для этого и предназначена. Деревянные резные панели на стенах, гобелены, похожие на прибитые тряпки. Ни следа ночной гостьи, свечи убраны, все блестит. На полу весёлый паласик, продавленное кресло перед панорамным окном. Столик, заваленный ученическим хламом. Везде относительно чисто, кроме стола, под которым пыли и грязи с палец. Запрещено слугам подходить к столу, а самому убраться ума нет. На трёх сиротливых книжках тоже слой пыли, руки сразу зачесались лапнуть, но задавил желание.

Да, информации нужна, но внезапно проснувшуюся жажду знаний не оценят.

Серая фигура стояла в нише, соединив ладони. Вот он, наблюдатель, Око треклятое. Игрушка барона. Ни лица, ни глаз, капюшоном скрыто. Взгляд спину не царапает, а мягко касается, рассеянно смотрит, будто в никуда. Когда ладони соединяет, запись идёт. Вчера на середину комнаты выходил, важное дело собирался снимать, но обломился. Относятся тут к этому как к предмету мебели. Значит и мне можно не замечать, просто местная видеокамера.

За окном благодать. Вид с этажа второго-третьего, просторный двор, забор каменный. До горизонта желтеющие поля, сильно смахивает на рапс. Во дворе куча людей суетится, и все при деле. Деловито снуют рабочие, лошади, бодрым шагом маршируют то ли солдаты, то ли простая охрана. По всем признакам Россия. Имена наши, простые, говор русский. Первое впечатление — обычная глубинка километров двести за кольцевой. По времени сложнее, вроде барон и все дела, но одежда с аристократией не вяжется, на матушке платье как из варьете тридцатых, разрез до бедра, чулки на резинке.

Свадьба сына — это же не маскарад, чтобы страусиные перья на голове носить.

Поднял руки, рассматривая камни в ладонях. Что же вы за хренотень? Сжимать кулаки не мешают, даже не ощущаются. Один по идее для связи, точно видел, как охранник с левой рукой у уха бегал.

Покрутил так и так, аккуратно сблизил ладони. Ага, теплее, жарче. Как только камни коснулись друг друга, руки немного откинуло, и между ладонями полилось голубоватое сияние, похожее на экран обычного планшета.

На экране загорелись крупные буквы: «Борис Скотинин». Указательный палец дёрнулся, надпись резко поплыла вверх, взамен поехал текст помельче, за несколько секунд промелькнуло несколько страниц. Развёл ладони сильней, экран потух с беззвучным хлопком, как лопнувший мыльный пузырь. Вот и понятно, как в паре работают.

Зажигая и гася, приступил к изучению девайса.