Скотина

Логично, где простой работяга может ценную слезу достать?

Небольшое бревно, взлетело над головой, здоровяк недобро оскалился и двинулся вперед. Резвостью мысли Груш не отличался, но переведя взгляд с колышущегося куста на мою руку, бросил дубину и упал на колени. Я сам покосился на руку с зажатой черной грушей, неужели так страшно? Хотя сам же недавно на узел завязывался.

Повернулся к главарю, который выбрался из кустов, но тоже бухнулся на колени, бросив нож вперед. Причем не просто застыл, этот еще и позу принял интересную.

Руки завел за спину, голову запрокинул далеко назад, подставляя горло. Видно пуганый, у нас тоже похожий контингент встречается, от малейшего окрика — лицом к стене и руки за спину. Не иначе этот артефакт — любимая игрушка правоохранительных органов.

Минута прошла в тяжелом молчании. Сопят, потеют. Первым заговаривать с владельцем такого артефакта очевидно нельзя. Ткнул кончиком в сторону главаря:

— Как зовешься?

— Замесом кличут. Ваше благородие, не губите, нерадивый попутал.

Достал кинжал, сделал шаг вперед и махнул рукой. На лбу нарисовался кровавый зигзаг. Заживет и будет крутой шрам. Останется очки надеть, вылитый Гарри, хотя зубы железные всю малину портят.

Спросил резко, опуская кинжалом задранный подбородок:

— Понял за что?

— За гадство. По беспределу наехать хотел.

Повел рукой чуть в сторону.

— Оставь что в карманах и исчезни.

Повторять не пришлось. Бандит вытряхнул нехитрое барахло и скрылся в сумерках.

Не просто резво, со скоростью марафонского бегуна. Не вставая с колен, прошу заметить.

— Ну а вы чего, думал пацаны рваные, а вы черти.

Груш опустил глаза. Зажмурился и вжал голову в плечи.

— Чижик, неси коробку сюда.

— Боря, да это же кот!

— Я в коробку разрешал заглядывать?

Что-то Чижик не испугался совсем. Или храбрится и виду не подает. На артефакт косится, но в осадок не выпал. И дерзкий чересчур.

— А правда, из этих ты? — закрутил глазами, — Из оберов?

— Я тебя щас за такие слова на лоскуты, обером меня назвать, я по жизни пацан рваный, правильный.

Косяка за душой не имею.

— Боря, а зачем кот? — вся блатная романтика из голоса Чижика улетучилась, остался обычный уличный подросток, оставшийся без прикрытия.

— Что значит зачем? — Это же кот! Хороший, жирный. Поделился бы с нормальными пацанами, вместе бы съели, а вы…

Лицо у Чижика вытянулось.

— Эй, мы котов уважаем, не едим мы их, да и не пробовали даже.