Скотина

Судя по просмотренным роликам, прямо перед собой съёмка.

Спрятал в карман, прошёл в туалет и вывалил содержимое конверта в унитаз. Для надёжности прикрыл глаза, чтобы ненароком ничего не увидеть, смыл торопливо. Сейчас прочитать такое письмо — это ввязаться в игру по чужим правилам. Просто прочитать — уже ввязаться. Что внутри не важно, просьба о помощи, угроза, предупреждение, интрига, пусть хоть в любви признание. Пока я не знаю правил — в чужие игры не играю. Да и потом, как правила понятны станут, играть будем моими картами.

А конверт пригодится, будем ворошить муравейник. Карандаш заскрипел по белому листку. По памяти нарисовал кристалл из перстня. Вывел в центре иероглиф. Вроде похоже, картинка обычная, но чем-то зловещим потянуло. На обратной стороне вывел крупными печатными буквами — «Мы следим за тобой!», свернул пополам и запихнул в конверт. Нет, не пойдет, жестче надо. На новом листе перерисовал знак и вывел новую надпись — «Немедленно беги, все открылось».

Кандидатов для отправки хоть отбавляй, брат Петя, недобрыми глазами смотрит, брат Коля недалеко ушел, Лилия, дядя Остап.

Может из мачех кто подвернется. Придумаю как подбросить незаметно, реакцию посмотрю. Попробуем и родственника за теплое вымя пощупать, и прояснить, что это за знак такой.

Первым делом заглянул к лекарю. Тарабанил минут десять, хотя слышал за дверью шорохи и скрипы.

— Выходи, Пантелей, это я Боря пришел, твой друг.

Тяжелый шкаф загрохотал внутри. Есть ли смысл бояться, тем кто может прийти, на баррикаду начхать.

Дверь приоткрылась, лекарь воровато оглянулся, затянул меня внутрь. Окна завешены, мебель передвинута, на осадное положение перешел. На полу спиртовая горелка, на которой открытая разогретая банка тушенки. Во как его торкнуло.

Зашептал тихо, боясь повысить голос:

— Боря, Борис Антонович, скажите, что это было вчера. Это же операция, да? Редкую слезу вам барон достал, я о таком только в книгах читал, в академии.

— Обязательно расскажу, Пантелей, как барон разрешит. Сейчас секрет, сам понимаешь, враги кругом.

— Это же хирургия была, настоящая? А уровень какой? Не меньше розы, так пальцы ловко то с инструментом.

— Сказал, всему свое время. Нельзя сейчас говорить, а то можно дождаться, того самого.

Пантелей закивал часто-часто.

— Понимаю. Вот новое умение у меня открылось — «Ветеринария семейства кошачьих».

— Ого, поздравляю, да ты реально крут, не зря так корячился. Полечил котика, вот тебе и награда.

— Так я же это, я же не лечил вроде.