Подьячий Разбойного приказа

- Я тоже… как-то… Меня обнаженные мужчины не привлекают…

Настя вздохнула:

- Опять всю работу делать девочке…

Глава 22

Как вы думаете, что самое сложное в проникновении в боярский дом? Кто сказал – вовремя оставить завещание?! Самое сложное в проникновении в боярский дом – это то, что ты понятия не имеешь, что там внутри. Это в наше время все параллельно, перпендикулярно и симметрично – вот коридор, вот двери. А сейчас даже в обычном городском домике можно с непривычки заблудиться, а уж в боярском тереме… Мы еще когда с Дашковым к Телятевскому ходили, я это заметил – все двери разные, поди пойми, какая куда ведет, то ли в следующий коридор, то ли в спальню боярской дочки, то ли в кладовку с морковкой.

Нет, может, те, кто в теремах часто бывают, те интуитивно понимают, что здесь где. Но я-то не боярин!

Кстати, я опять вернулся в состояние «неизвестный науке зверь». Помните, я решил, что мой предел – десять Слов, пять – Викентия, да пять – моих? Дудки. Я уже одиннадцать выучил. Плюсом к тем, что раньше знал – Липкое от Аглашки, Кошачье от Насти, да Собачье – опять от Аглашки.

Так что кто я – опять неясно. Очень и очень сильно надеюсь, что Викентий все же не связался с силами за Гранью…

Я вздохнул и потер глаза. Почему-то учишь Слово, вроде бы, без участия зрения, а глаза устают – дай боже. У Насти есть еще одно полезное Слово, Длинное, которым можно разговоры подслушивать. Вот только не дается оно мне, хоть тресни!

- Настя, - спросил я свою коллегу по Приказу, пусть я, вроде как, теперь не правоохранитель, а беглый преступник, собственной безопасности на меня нет, - А ты, три дня назад, когда сказала, что Васька не захочет никому рассказывать, про то, что голый и беспамятный проснулся, что имела в виду?

- Что ему стыдно будет, - пожала она плечами и перелистнула страницу.

Теперь понятно, почему она вечно в очках – любую свободную минуту читает. Странно, в приказе за ней такой любви к чтению не замечалось. Да и книга непонятная – не на русском. И не на английском. А она ее свободно читает.

- За что стыдно?

- Ну, что его, главаря разбойников, какие-то случайные грабители до нитки ограбили. А ты что имел в виду?

- Э… и я то же самое.

Каждый понимает в меру своей испорченности. Все время забываю, что здесь отношение к наготе гораздо спокойнее, чем у нас и обнаженность необязательно ассоциируется с сексом.

Нет, Длинное Слово категорически учиться не желает. Как и, в свое время – Слово Следовое. Не каждое легко в память ложится.