Княжич Юра II. Юрьев день.

Гильза отлетает в сторону, бесполезная пуля падает на пол, а женщина делает последний шаг вперёд и своей тонкой изящной ручкой хватает меня за куртку на груди, чтобы в следующее мгновение, как куль с тряпьём, бросить меня через всю комнату в сторону окна. В окно. Которое я своей спиной вынес вместе с рамой и стеклопакетами наружу. Вынес и вылетел вместе с ним сам. И ещё метров с двадцать пролетел по воздух, влекомый инерцией, прежде чем гравитация не потащила меня вниз, где со всего набранного маха хренакнула об асфальт, что-то отбив, что-то переломав… но, к сожалению, не убив.

Почему, к сожалению? Ну, потому что я предпочёл бы умереть быстро и сразу, чем дожидаться, пока до меня добежит толпа «зомби»… Эти, хотя бы не пытались меня сожрать, в отличии от «классических». Эти просто били всем, что под руку приходилось. Кто камнями, кто битой, кто хоккейной клюшкой. Конец же этой итерации положил трёхлетний ребёнок, непонятно как оказавшийся ближе взрослых ко мне. Он перепилил моё горло волнистым ножом для хлеба.

Я проснулся среди ночи, дома. Долго таращился в темноту. Потом сходил на кухню, попил водички. Вернулся. Посмотрел на часы. Часы показывали два тридцать ночи. Вариант больше не ложиться и не засыпать был… соблазнительным. Но, утром мне на работу, и надо быть свежим, так что… глаза я всё-таки закрыл. Хоть и не хотелось.

Теперь вот сижу, прислонившись спиной к стенке, мучаю струны гитары, периодически поглядывая на лежащий передо мной пистолет в тактической кобуре.

Даже трогать, не то, что стрелять из него. Весь ужас прошедшей итерации начинал догонять меня. Догонять и давить. «Сердце размораживалось» и «размораживались» эмоции. А перед глазами вставали картинки того, что я совсем недавно творил и вытворял в том подъезде.

Я ведь, к сожалению, не забыл ничего. И вряд ли уже когда-то забуду. Повезёт ещё, если флешбэки преследовать не начнут… опять.

Или психика моя, с тех пор, чуть покрепче успела стать? Время покажет… Время… Сколько там? Шесть утра? Есть ещё почти тринадцать часов, прежде чем меня опять начнут убивать. Тринадцать часов… чем бы таким заняться?

***

Иногда я начинаю жалеть, что не обладаю способностью к телепатии. Или к виденью сквозь твёрдые непрозрачные предметы. А то, хотелось бы мне посмотреть на их лица.