Псионик.Начало пути.

Нельзя так! Если ты – псих, то и сходи с ума сам с собой. Нечего других в это втягивать.

– Антон…– Ликвидатор уставился на меня.

При всем том, что выглядел он и правда фигово, когда его взгляд останавливался на мне, рожа у Романовского становилась…. Как у Настиного отца, когда он точно знал, что ему сейчас нальют выпить. Счастливая рожа.

– Извините, конечно, дядя…– Последнее слово я выделил специально. – Но Антон сейчас немного устал. У Антона сейчас было очень веселое времяпрепровождение. Поэтому Антон пойдет спать.

Я развернулся и потопал к лестнице, ведущей на верхние этажи.

– Чего это он про себя в третьем лице говорит? – Тихо спросила одна из служанок свою коллегу, стоявшую рядом. – Очень странные они тут.

Спросила едва ли не одними губами, но я услышал. Посмотрел на девушку в униформе. Как раз проходил мимо. Она моментально покраснела и отвела взгляд. Вообще, конечно, представляю, чего насмотрелась прислуга в этом доме, с таким хозяином. А молоденькая служанка, которая привлекла мое внимание, вообще, похоже, тут недавно.

– Хорошо Антон. – Крикнул мне в спину Ликвидатор. – Ты отдохни. Позже поговорим.

– Лучше бы вообще никогда. – Буркнул я себе под нос. – Ну, почему нельзя стать обычным человеком...

И это была вторая причина моего плохого настроения, когда утром я открыл глаза и выбрался из постели. Просто с вечера вырубился быстро, едва только рухнул на кровать. Подумать более основательно обо всем не успел. Однако теперь такая возможность имелась.

Я пошел в ванную, залез под душ, врубил горячую воду, такую, что обжигала кожу, и стоял минут десять под тугими струями, закрыв глаза.

Вообще, когда понял, что являюсь обладателем способностей, был слишком мелким. Да и честно говоря, полагал, она у меня одна – телекинез. Все.

Потом проявились еще две. Осмыслять, что, откуда взялось, ума не хватало. Имелся страх. Постоянный страх быть пойманным. Липкий, скользкий, противный страх. Когда ты ребенок, осознавать близость смерти очень страшно. Она кажется реальным существом, которое вот-вот схватит меня за горло.

Я не хотел быть псиоником. Точно говорю, не хотел. Не больной же на голову.

У меня всегда имелось ощущение, будто я, пацан из рабочего района, напялил на себя одежду другого человека.