Скотина II

Десять палочек накрутил. Утром в печке аккуратно досушить и испытывать можно. Кот покосился из коробке таким ехидным взглядом, что захотелось что-то разбить.

Только решил снова прилечь, как накрыло вызовом, от которого сразу повеяло истерикой.

— Боря, косяк. Груша замели.

— Как замели, он же пьяный спал.

— Проспался, а потом его оберы приняли.

— Как, приняли, какие, откуда? Расскажи толком.

— Да он это, явку с повинной оформил.

Я присел на кровать, от таких новостей ноги могут отказать.

— Мы в хате схоронились, свет не включали.

А за окном тени так и шастают. Как есть оберы с облавой. Мы честно монетку кинули. Грушу сдаваться выпало, братву выручать. Он с поднятыми руками вышел, емя то руки эти завернули выше головы, в повозку кинули и увезли.

— Кто? Куда?

— Ты че Боря, тормоз? Знамо куда, сначала в управу, а потом одна дорога — по этапу пойдет, мерзость кошмарить. Сообразим подогрев завтра, сальца, табачку. Может этот, профессор Мориарти чего-нибудь подкинет, тёплые вещи нужны, доска с сатрангом.

Еще на обмен всякая мелочь.

Знал, что от этих кренделей кроме проблем ничего быть не может. Для этого и притянул. Бывают моменты, когда проблемы надо создать не себе, но пока такой момент не наступил — придётся плакать, но терпеть.

— Все ясно, Чижик, молодцы вы, ловко сообразили. Можешь спать спокойно, утром в округе походи, узнай, как и чего, по пустякам не беспокой. К оберам не суйся, я сам схожу и все про Груша узнаю.

— Боря, а когда можно будет увидеть этого, профессора Мориарти?

— За ваши косяки только сапог профессорский можно увидеть, самый кончик.

Профессор абы кому на глаза не показывается. Его в лицо вообще только один человек знает.

Раздраженный и злой повернулся и уткнулся носом в сохнувшие колбаски. Боря, ты что совсем дебил? Как ты собрался это дерьмо на церемонии зажечь, да ещё и выдать за искры от слезы? Мигом на перекур и думать со страшной силой.

Только после третьей сигареты мысли потекли в нужном направлении. Если искры взять негде, не надо на них зацикливаться.

Надо сделать так, чтобы о них никто не вспомнил. Для этого надо весь зал отвлечь, чтобы отвернулись наблюдатели, снимающие церемонию.

Ни шум, ни крики не помогут. Гарантировано все отвлекутся только на один звук, который ни с чем не спутать — это выстрел. Огнестрел для гражданских под большим запретом, значит выстрел заставит наблюдателей немедленно отвлечься и реагировать.

Пересмотрел доступные ингридиенты новым взглядом.