Бастион. Чувство ранга. Том 1

Пленный орк, мой сосед по заключению. Откуда он узнал мое имя? А, ну да, ведь Глендрик называл его.

— Хочешь выглядеть бодрым на казни? — продолжил орк. — Похвально. У меня так не получится.

— Почему? — задал я глупый вопрос.

— У тебя будет, как там сказал этот напыщенный жрец, казнь с последней надеждой.

— Что это?

— Я-то откуда знаю, — рассмеялся сосед. — но звучит обнадеживающе.

Звучит. Но, что на самом-то деле? Может быть, меня бросят связанного в котел с кипящим маслом, а последней надеждой будет попытка выпрыгнуть из него.

— Ты так говоришь, будто знаешь, что ждет тебя, — сказал я.

— Чего тут знать, сдерут кожу. Или здесь или сначала увезут в глубь Анорахада, будто сам не понимаешь.

Он говорил о своей участи, как-то по обыденному, словно о неприятной медицинской процедуре. Сдерут кожу и пойду домой, делов-то. А я тут убиваюсь по своей судьбе.

— Скажи, — вновь обратился орк ко мне, — за, что с тобой так жестко?

— За предательство, — я попытался вложить в голос, как можно больше сарказма.

— Вот как! — казалось орка ничуть не смутили мои слова. — А скажи мне, Гун…

Но договорить он не успел.

— Господин!

Громкий шёпот донесся из одного из отверстий под потолком.

— Господин мой, ты здесь?

— Кто это?

Мигом взобравшись на лежанку, я припал губами к струящемуся, умирающим днем, просвету.

Молчание. Затем встревоженный голос, все тем же громким шепотом спросил:

— Скажи мне, кого я узнала, там в логе?

Это что, та самая лоталли, как ее зовут-то? Одна из «малышек» Пелерина.

— Эм…одного эльфа, как там его, Гелик, нет, гелик это другое, Герлинг!

— Да, да. А кого искали.

— Я забыл твое имя, но к чему эти вопросы?

— Я хочу знать, что разговариваю с тем, с кем хочу поговорить.

— Домета! — вспомнил я имя рабыни.

— Да, да. Но скажи еще, кого мы там искали сначала?

— Сим, Симлархад!

— Да, да. Господин мой, как я рада вас слышать.

— Я тоже рад тебя слышать, — я недоумевал, зачем Домета пришла ко мне.

— Да, да. Но господин Пелерин умер, а я сказала всем, что он подарил меня вам, чтобы никто другой меня не забрал.

— А вторая малышка тебя не выдаст?

Зачем я это спросил — не знаю. Наверное, просто приятно, когда кто-то приходит к тебе в беде, даже, если просто поболтать.

— Нет. Господин Пелерин со своими, эм, странностями, но он часто бывал мягок с нами. А вашего сурового вида она убоялась.