Гром гремит дважды. Турнир

— Ещё хоть одна стычка — неважно, друг с другом или нет, — и до турнира я их не допущу! Это понятно?

— Понятно, господин директор, — всё так же покорно кивнул Вейж. — Я попрошу Шена поставить их к бассейну, вываривать брёвна. Им обоим хорошо знаком этот производственный участок.

Я мысленно поаплодировал. Вот уж от кого не ожидал такого взрывного остроумия.

— И никаких стычек, — повторил директор.

Как мне показалось, слегка разочарованно. Ни Вейж, ни мы с Джианом не стали молить о пощаде и даже не спросили, сколько времени продлится ссылка на общие работы.

— Разумеется, господин директор. Они хорошо знают, к чему приводит несоблюдение техники безопасности вблизи кипящего бассейна.

Если до сих пор мне хотелось прибить директора, то сейчас поймал себя на мысли, что и Вейжа с удовольствием огрел бы его же палкой.

Мы вышли из кабинета.

— Завтра вместо тренировки вы пойдёте в цех, — не глядя на нас, сказал Вейж. И величавой поступью удалился.

— Бесится, — угрюмо прокомментировал его уход Джиан.

— Да? Ну спасибо, что сказал.

А то без тебя бы не догадался.

Джиан тут же ощетинился, но, видимо, сообразил, что выяснять отношения у дверей директорского кабинета — не лучшая идея. Процедил сквозь зубы ругательство и быстро пошёл прочь.

***

За ужином я, как всегда теперь, сидел за столом борцов. За столом черепах видел Ниу и Тао, но подойти к ним было бы нарушением всех неписаных правил школы Цюань. Обычный ученик, по растерянности или незнанию, мог подойти к столу борцов — как это сделал я в свой первый день.

Такое порой случалось. А вот для того, чтобы борец приблизился к столу учеников, ему требовался очень весомый повод. Обычная приятельская болтовня борцов с учениками не приветствовалась даже на прогулке, не говоря уж о столовой. После того, как ученик проходил испытание и становился борцом, он словно закрывал за собой дверь в мир старых приятелей. Поднимался на ступеньку выше, превращался в школьную элиту. И общение с теми, кто остался внизу, автоматически становилось чем-то почти неприличным.

Лично мне на свою нынешнюю «элитность» было глубоко плевать, и на цюаньский этикет я бы тоже с удовольствием наплевал — но останавливало то, что Ниу или Тао такое поведение скорее удивит, чем обрадует. Не мне бороться с менталитетом, формировавшимся тысячелетиями. И в столовой я неизменно шёл к столу борцов, надменно глядя мимо всех прочих.

На ужин мы с Джианом, по милости директора, едва не опоздали, и ел я быстро. Но всё же обрывки разговоров успел ухватить.