Нерушимый-4

— Саныч, глянь – петухи! – не растерялся Микроб.

— Ага, зоновскую жизнь вспомнили, — сказал Матвеич, останавливаясь и готовясь принять бой.

Димидко растерянно заозирался. Гопники обернулись к нам синхронно, словно стая рыб или птиц. Нет, скорее – как стая одичавших дворняг.

— Ты че-то сказал, урод? – вперед вышел самый дерзкий, длинный, как карандаш.

Даже макушка у него была сплюснутой и заостренной, и шапка не скрывала дефект.

В принципе, мы могли бы вклиниться, прорвать оборону и юркнуть в ворота.

Ничего бы нам они не сделали. Максимум — бросили бы вдогонку снежки. Но по законам собачьей стаи бежит – жертва, а жертву надо загонять. Чтобы не стать объектом травли, нужно обозначить свое место в пищевой цепи, пусть на первый взгляд это и нерационально. С гопотой, у которой мышление коллективное, можно договориться, если удастся задоминировать вожака.

Ну а если все-таки придется драться… Их вдвое больше, но мы в тельняшках. Гопота обычно хилая и нетренированная.

Вперед порывался выйти Димидко, но я положил руку ему на плечо и выступил на шаг, представился гопникам:

— Я Саня.

Какие-то предъявы, мужики?

— Ты кто ваще такой? – вожак гопоты сделал шаг навстречу, надул пузырь жвачки.

Пузырь лопнул и залепил ему небритый подбородок. Гопник принялся оттирать его, но вспомнил, что надо выглядеть дерзко, бросил это дело. Было похоже, словно он ел сметану да не вытерся.

— С какой целью интересуешься?

Я думал, что этот мем неизвестен разве что в яслях, однако в этой реальности он был не в ходу и произвел нужный эффект: гопник вытаращился и завис, как устаревшая и негодная версия андроида.

Робота – не телефона.

— Петухи – это вы, — выкрикнули из толпы. – И тренер ваш – п...р!

— Петухи – те, кто кукарекает, так ведь? – ядовито улыбнулся я. — Это сделал кто-то из вас. А тренер наш – Александр Димидко.

Меня собрался поддержать Погосян:

— Логично, да, кукарека… – но я вскинул руку, заставив его замолчать.

Ни к чему накалять.

Вожак гопников отвис, витиевато выругался, сплюнул мне под ноги.

— Зашквар за вас ваще болеть!

Ах, вот они какие, наши болелы! Наша опора и поддержка!

— Разогнать к чертям, пусть новую команду собирают, – поддержали его из толпы. — Ноги переломать, нах!

Я уловил намерение, вожака: впечатать кулак мне в нос. Шагнул навстречу, смещаясь в сторону, перехватил поднимающуюся для удара руку, заломил за спину и подсечкой повалил гопника мордой в отчищенный от снега асфальт.