Почти целитель. Часть шестая.

Но укол был мимолетным и помимо зависти в нем присутствовала изрядная порция гордости: его же люди, в конце концов, с ними род Лудильщиковых ого-го, какую силу набрать сможет в скором времени!

- Отлично! Тогда я в четыре пополудни заскочу, заберу готовую продукцию.

В ресторан «Палкинъ», недавно вновь открытый после ремонта, они с Огаревым отправились на его фамильной карете, запряженной тройкой изумительных по своей красоте и стати лошадей. Порталом бы вышло, разумеется, куда быстрее, но замшелые, еще с досистемных времен, правила приличия требовали от аристократа именно такого вот пафосно неторопливого появления на публике.

Не все эти правила, конечно, соблюдали, тот же Лудильщиков, к примеру, плевать на них хотел. А вот Огарев просто наслаждался. Ну, и Ивану пришлось проехаться за компанию, благо не так уж и далеко было, не много времени потеряли.

Как и предсказывал князь, в ресторане отыскалась целая куча знакомых армейцев, которые пришли сюда в качестве этакого знака прощания со всей изысканностью и куртуазностью высшего столичного общества, в преддверие предстоящих тягот и лишений.

Огарева, появившегося на пороге зала, временно отписанного как раз для военной публики, встретили возгласами приветствий. Видно было, что он тут свой. Лудильщикова, впрочем, тоже признали за своего. И лечились некоторые у него, и орден Святого Георгия на груди. Боевой офицер и целитель! Даром, что конкретно в этот момент в мундире дипломатического корпуса разгуливает.

У всех, как говорится, свои недостатки.

Несмотря на регулярно звучавшие за столом тосты, выпил Лудильщиков в тот день немного. Больше слушал, о чем за столом речь шла. Высшая военная элита же, информированные люди! Не обо всем можно прочитать в обычной газете, да и даже в их министерстве иностранных дел информация фильтруется по степеням доступа. М-да! Не сказать, чтобы открытие совершил, про отложение от власти российского монарха всей Польши и большей части Подолья он и раньше слышал, но вот о многочисленных попытках мятежей бывших самовластных правителей времен Смуты слышал впервые.

Как и о диверсиях, действиях стачкомов и отдельных агитаторов, сильно затрудняющих перевод страны на военные рельсы для оказания полноценного отпора пришедшему из-за рубежей страны внутреннему врагу.

Еще Иван услышал и о том, каким образом в данный момент проходит противостояние. Что-то странное творится на западе Рассейской Империи.