Тайный наследник (Балканский гамбит)

Я отпружинил от стены, оттолкнулся от противоположной — и только тогда поезд перестало мотать.

— Что происходит? — кряхтя, поднялся Столыпин.

— Вы меня спрашивает?

— Сейчас разберусь.

Андрей развернулся, чтобы проведать остальных и поискать проводника, но я ухватил его за плечо.

— Постойте. Вы ранены. У вас голова рассечена.

— Ничего страшного. Даже не болит.

Он порывался все же пойти на разведку, но я усадил его и принялся перебирать в голове целебные заклинания. И в этот момент дверь купе распахнулась.

Перед нами стояли трое людей в форме.

— Николай Петрович Бринский, — произнес стоявший впереди всех жандарм с сильным акцентом. — Князь Николай Петрович Бринский?

— Да, — ответил я. — В чем дело?

— Мы снимаем вас с поезда. Вам необходимо пройти с нами.

Глава 10

— И почему же, почтенные?

Я совершенно равнодушно взирал на непонятных служивых. Ну давайте, попытайтесь задержать русского князя.

Но одно из первых правил, которые в меня вбивала Матильда Карловна фон Штофф, гласило, что истинный аристократ никогда не станет демонстрировать свое превосходство тем, кто ниже его по статусу. Этакая игра получалась: все знают, что ты принадлежишь к высшей касте, и расшаркиваются, а ты ведешь себя одинаково уважительно со всеми сословиями. Правда, насколько я знал, следовали этому правилу далеко не все. Газеты пестрели скандалами с участием молодых аристократов.

— В чем дело, господа? — Столыпин быстро сам залечил свою рану и сейчас преградил дорогу незваным гостям. Защищал меня, с ума сойти. Интересно, он действительно думал, что мне требовалась защита, или просто хотел повыпендриваться? А что, образ героя подходил его физиономии как нельзя лучше. — Я уполномоченный представитель князя Бринского. Можете обсудить вопрос со мной, дабы не утомлять его сиятельство.

Ну да, я так утомился... Сидел в вагоне и трещал по-сербски три дня.

Старший жандарм горделиво вскинул подбородок. Казалось, он даже приосанился и выпятил грудь для пущей убедительности, отчего черно-белый мундир с красными пуговицами едва не треснул.

— Нам очень жаль, но вопрос касается непосредственно его сиятельства, — а акцент-то у него был не румынский. Австрийский. — Дело в том, что князь Николай Петрович Бринский объявлен в розыск на территории Австро-Венгерской империи.