Корректировщик (бояръаниме)

Подозреваю, что деда уже записали в число выживших из ума патриархов, которых проще отодвинуть от управления делами, чем терпеть их своеобразные причуды.

Мы выбрались из салона.

— Я к деду, — тихо произнес Виктор Константинович. — Отчет держать.

— Добро, — кивнул Кротов.

По идее, один из наследников клана не должен отчитываться перед охранником. Вот только мне кажется, что отношения у этой парочки весьма доверительные. Скажу больше — дружеские.

Поднимаемся на крыльцо.

Необъятное, доложу я вам, крыльцо. С широченными ступенями, античной колоннадой, двустворчатой дверью и симпатичными коваными фонариками.

Встречать нас вышел придверник. Он же — швейцар. Дородный мужчина в старинном камзоле, темно-синих брюках с золотыми лампасами и до блеска начищенных ботинках. Придверник носил бакенбарды и подкручивал вверх пышные усы. На голове слуги красовалась шляпа-котелок.

— Милости просим, господа.

— Без церемоний, Петр, — Друцкий вежливо кивнул швейцару.

— Уже распорядился, Ваше Сиятельство, — расплылся в добродушной улыбке слуга.

— Хвалю, — одобрил Виктор Константинович.

Из вестибюля мы направились по украшенному изразцами и гобеленами коридору в северное крыло здания.

Кротов был мне симпатичен.

Поэтому я задал важный вопрос:

— У меня есть шансы на выживание?

Охранник ответил честно:

— Низкие.

Глава 5

Мне снились обрывки финальной битвы.

Портал, который я собственноручно запечатал, разомкнув несколько измерений. Четырнадцать, если быть точным. Мой дух расслоился, он мчится к цели в эфирном потоке, закручивает незримую воронку с эпицентром в Брянске, откуда твари расползаются по всей России. Разлом искажает очертания домов, создает из людского жилья странные топографические фигуры. Тессеракты, лестницы Эшера и прочую ересь. Дороги становятся фрактальными, механизмы оживают и набрасываются на своих хозяев. Случайные путники забредают в эпицентр искажений и бесследно исчезают.

Я обрел достаточное могущество, чтобы запечатать портал.

Твари не могут меня достать, хотя и чуют присутствие волхва. Некоторые атакуют на астральном плане. Бью «Молотом», затем раскручиваю «Лезвия ветра» и сношу вторую волну атакующих.

А теперь — наложение печати.

Врата — это аномалия. Точка, в которой пространство становится многомерным, открывая доступ порождениям Тьмы в параллельные вселенные.