Род Корневых будет жить! Том 8

Однако, хоть я и передумал культивировать, но я всё равно попросил Синявку перенести меня в пещеру. Мне очень хотелось попробовать пройти там Огненной поступью тысячелетнего дракона.

Что я, собственно, и сделал.

Едва Синявка перенёс меня в пещеру, как я шагнул на ближайшую ленту ци.

Причём, мне не понадобилось зажигать свет. Я видел ленты ци с закрытыми глазами.

Я шагал с одной ленты на другую, как до этого делал, поднимаясь с Ян Бао по ступенькам бесконечной лестницы наверх.

Я шёл и шёл, отталкиваясь от нижней ленты и ставя ногу на верхнюю.

Я шёл с закрытыми глазами, потому что, когда мы имеем дело с ци, глаза только отвлекают, мешают видеть то, что происходит на самом деле.

А на самом деле вокруг меня давно уже кружили земляные драконы. Вот только они не нападали на меня. А летали рядом со мной, словно я один из них.

Глава 3

***

Высокий, широкоплечий мужчина, в котором чувствовалась порода, стремительно вошёл в кабинет.

– Отец! – с порога начал он. – Артефакт покинул хранилище!

– Пошто спешишь?! Пожар, что ли? – одёрнул вошедшего седовласый мужчина.

Он сидел за инкрустированным драгоценными камнями рабочим столом из красного дерева, и сверял старинные свитки.

– Ну как же! Ты же понимаешь, что это значит?! – не сдержался вошедший.

– Да хоть что! Ты забыл, кто ты есть? – взгляд сидящего стал суровым, и на вошедшего обрушилось невыносимое давление.

Тот, видимо, осознал свою оплошность и выпрямился, хоть и не без труда.

– То-то же! – произнёс седовласый.

Но вошедший не успел ничего сказать. Дверь в кабинет открылась и вошли ещё двое – мужчина и женщина.

Сухой и костлявый мужчина поклонился и произнёс каркающим голосом:

– Отец, брат!

Женщина же молча слегка склонила голову в приветствии и гордо выпрямилась.

Седой мужчина хмуро оглядел всех троих, задержав взгляд на женщине и выдохнул:

– Значит, время пришло.

– Отец! – протестующе воскликнула женщина.

– Молчи уж! – властно остановил её седой и добавил с досадой: – Ну почему ты не родилась пацаном?!

Женщина дёрнулась как от пощёчины.

– Я никому не позволю причинить ему вред!

– Не кипятись, сестра! – прокаркал костлявый. – Обдумай всё хорошенько!

– Тут и думать нечего! – оборвала его женщина.

– Действительно, – усмехнулся широкоплечий. – Сейчас думать нечего! Думать надо было раньше. И головой, а не…

– Цыть! – оборвал его седовласый.