Род Корневых будет жить! Том 8

Старик тоже попробовал воздействовать на меня магией, но все его потуги точно так же разбились о золотистое свечение.

Я попытался понять, откуда оно возникло, но ничего в голову не приходило. Одно было понятно, для старика оно тоже стало неожиданностью. И он так же, как и я не мог с ним справиться.

Я видел, как на помощь Олегу с Данилой бросились Сеня с волками. А потом и Дэшэн с Яньлинь.

Как только я увидел их, понял, что магический полог божественного кольца артефакта пал. Но Полина так и не показалась из кареты.

Одно успокаивало – рядом с ней оставался Валентин Демьянович и его медсестрички.

Скорее всего Полина полностью израсходовала свои силы и теперь наш доктор пытался помочь ей.

Анастасия, Василь и Глеб стояли около кареты с мечами наизготовку – защищали Полину. И я был благодарен им за это.

К Даниле с Олегом присоединился Мо Сянь.

Ян Лин и Шаман не показывались, и я не знал, выжили ли они.

Но тут с той стороны, где сражались Анна с Мартой и Степаном, раздался атакующий крик, и я понял, что Мо Сянь и Ян Лин победили своего врага и теперь разделились, чтобы прийти на помощь товарищам.

Старик это тоже понял – расклад сил, несмотря на потухший купол божественного артефакта, всё больше складывался в нашу пользу.

Это заставило его действовать активнее. Он стоял напротив меня и с огромной скоростью складывал печати. Но пока золотистое сияние не поддавалось ему.

Я тоже не оставлял попыток освободиться – всё было бесполезно.

Даже удивительно – наши цели с моим врагом совпали. Вот только освободить меня мы хотели для разного – я собирался вступить в битву, а вот чего хотел старик, гадать не приходится – ему нужна была моя жизнь или на крайний случай мои артефакты.

В тот момент, когда в нашу сторону из-за кареты побежали преподаватели, старик с отчаянием зарычал. А потом сорвал с груди амулет и, шагнув в сияние, швырнул его между нами.

Свет померк.

Раздался шум, похожий скорее на гудение в аэродинамической трубе.

Понятно, что я никогда не слышал вживую рёв пламени в соплах ракеты. Но думаю, он был бы именно таким.

Я по-прежнему окутанный золотистым сиянием не чувствовал ни жара, ни порывов ветра, ни чего другого. Только темнота и рёв. И ещё слышал крик боли…

В какой-то момент всё стихло. В том числе и крики. Крики стихли внезапно, словно кричащий лишился сознания.