Я - Демон лени, покоривший этот мир ради того, чтобы мне дали поспать

Не без помощи бедолаги, которого пришлось выдернуть с кассы, где он обслуживал персонал.

— Молодой человек, — спокойно обратился я. — Не подскажете, где у вас тут листовки раздают?

Парень, который нажимал на клавиши в кассовом аппарате в очень грубой форме ответил:

— Шары разуй, и не мешай мне!

Вот если бы он просто и понятно сказал, вам, уважаемый демон, вон туда, там направо, а потом налево, и… я бы даже сказал это мерзкое «спасибо». Но он выбрал другой путь, поэтому и мои действия были немного другими.

Ухватил его за шею и вытянул из-за стойки.

— Показывай, уважаемый, а то мои шары, — оскалился я. — Ничего не видят.

Парнишка задрожал, быстро закивал головой и бросился куда-то вперед. Вскоре, он довел меня до дальней стены этого большого магазина, где и была вывеска: начальник отдела продаж.

Ничего не говоря мальчугану, просто раскрыл дверь. Хотя, скорее всего, стоило бы постучаться.

В душном, маленьком кабинете, сидел толстяк, который, видимо, в этой духоте худел. Причем, я бы не сказал, что он испытывал дискомфорт.

Черт. Опять хряк?

— Что нужно, — его голос был скрипучим, противным, как у старика из преисподней. — По возврату товаров на кассу.

— Мне не нужно ничего возвращать, — парировал я. — Я работать бы хотел.

— Образование есть?

— Высшая демонологическая школа таинств и сверхъестественных искусств, — отрапортовал я. — Выпускник с отличием, боевые навыки…

— Понятно, очередной приземленный, — перебил меня хряк. — Кассу такому я точно не доверю, но могу дать листовки.

Я кивнул в знак ответа, радуясь, что мы почти сразу нашли общий язык.

— Короче, — он посмотрел на меня и фыркнул. — Стоишь на улице, подальше от магазина, суешь людям листовки в руки и говоришь, что у нас с понедельника по пятницу распродажи игрушек. Скидки сезонные и все такое. И не вздумай выкинуть флаеры. Я все вижу и знаю, меня просто так не проведешь.

— А если я не хочу ни с кем разговаривать? — переспросил на всякий случай я.

— Придется, — улыбнулся хряк. — Работу выполнишь, когда раздашь все листовки. Оплата тридцать монет. Устраивает?

А что такое эти тридцать монет? Но я априори чувствовал, что он обманывает меня. И немного пыжанул.

— Сто, — громогласно сказал я. — Не меньше.

Хряк аж опешил от моей наглости, ну… он посчитал, что это было слишком нагло. Помотал головой и снизил мою ставку до пятидесяти, а после, просто достал пачку цветной бумаги и протянул мне в руки.