Воздушные фрегаты -1. Юнга

- Дыщ-дыщ! – изобразил звук выстрела расплывшийся в совершенно идиотской улыбке Ким, после чего не без сожаления вернул игрушку товарищу.

- Интересно, – задумался Вахрамеев, так же машинально вернув обойму на место и пряча пистолет за пазухой, – а почему их баулы лежат на заднем сиденье?

- А где им еще лежать? – удивился Виктор.

- Ну, вообще-то есть багажник, – пожал плечами приятель и направился к кормовой части автомобиля.

Строго говоря, багажником это приспособление или, скорее, архитектурное излишество, назвать было затруднительно.

Немного повозившись, Март сумел справиться с хитровыдуманным замком и отщелкнул тяжелую, как все грехи мира, крышку, но только для того, чтобы тут же опустить ее в состоянии крайнего обалдения.

- Кто это там? – округлил глаза его самозваный Санчо Панса.

- Помоги лучше, – огрызнулся друг, после чего они вместе вытащили наружу непонятно как оказавшуюся в машине Фимку и положили ее на задний диван.

- Она не умерла? – испуганно спросил Витька, наблюдая, как приятель расстегнул на девушке ворот кофточки и закатал рукава, после чего приложил ухо к груди.

- Тише ты! – цыкнул на него тот и продолжил свое дело.

- Ну, как?

- Сердцебиение есть, – коротко ответил Марик, – следов инъекций нет.

- Что это значит?

- Что ей не вкололи никакой гадости. Значит, она скоро должна прийти в себя.

- Ефимия, очнись! – умоляюще прошептал Ким и осторожно похлопал по бледным щечкам.

Убедившись, что эти робкие попытки реанимации ни к чему не привели, деятельный сын русского и корейского народов снова повернулся к приятелю.

- И что теперь делать?

- Ничего. Ждать, пока очнется.

- Вообще ничего нельзя? – в раскосых глазах Виктора плеснулось такое отчаяние, что Март устыдился собственного спокойствия.

- Не волнуйся так, – попытался он ободрить товарища, но тот его не слышал.

- Послушай, – лихорадочно блестя глазами, взмолился Ким. – Ты же одаренный, а значит, можешь лечить!

- В смысле?

- Ну, пожалуйста! Не дай ей умереть! – и зачем-то добавил, словно это был весомый аргумент.

- Значит так! – решительно возразил Вахрамеев. – Я не врач и не, мать его, экстрасенс, и что нужно делать, чтобы лечить, не знаю! Мало ли что может случиться, а вдруг она память потеряет или, хуже того, умрет! Ты этого хочешь?!!

- Нет, – шмыгнув носом, угрюмо отвечал Витька и в расстроенных чувствах присел рядом с одноклассницей на диван.