Воздушные фрегаты -1. Юнга

- Я и сама знаю, что на скале Байнунгсан, хотя господин директор вам запретил.

- Погоди-ка, – остановился все еще опирающийся на плечо приятеля Вахрамеев. – Так это ты тем двоим сказала, где меня искать?

- Кому тем? – попыталась прикинуться валенком Фимка.

- В одинаковых костюмах и кепках с наушниками. На автомобиле.

- Ну да, – признала очевидное девушка. – Они же адвокаты!

- Дура ты, Хэин! – взорвался Витька, назвав от волнения ее чосонским именем.

- Что с вами случилось? – разглядела она, наконец, многочисленные ссадины на теле Марта.

- Вахрамеева из-за тебя чуть не убили! – выпалил парень, но, получив тычок в бок, тут же заткнулся.

- Как! – ахнула девчонка. – Надо немедленно сообщить воспитателям.

- Не надо никому сообщать! – попросил Веня, попытавшись сосредоточиться на ее голове.

Узкие глаза Фимки на мгновение расширились, как у героев манхвы [5], но потом так же резко сузились, после чего она высоко вздернула свой крохотный носик и с гордым видом удалилась, выпалив на прощание, – больно надо!

- Все зло от баб! – пробурчал ей вслед Март, радуясь про себя, что ментальное воздействие удалось, и голова при этом не заболела.

- Дура, – согласился с ним Виктор, после чего немного мечтательно добавил, – но красивая!

Однако его приятелю в этот момент было не до обсуждения внешности одноклассницы. Дело в том, что при входе в дортуар висело большое зеркало, в котором он наконец-таки увидел свое новое тело и едва не свалился в обморок.

Из трюмо на него смотрел он сам, только лет на пятнадцать моложе.

Тот же рост, то же лицо, телосложение, в общем, все, как тогда, когда он впервые почувствовал в себе силу. А еще к нему вернулись все воспоминания Мартемьяна Вахрамеева. Точнее, почти все.

Как-то так получилось, что помнил он себя только с восьми лет, когда его вытащили из-под обломков дома, разбитого точным попаданием бомбы. Израненного, переломанного мальчишку спасли бойцы абордажной команды воздушного фрегата «Паллада» во главе с боцманматом Игнатом Вахрамеевым. Они же и доставили все еще пребывающего в бессознательно-оглушенном состоянии паренька на борт корабля.

Там за него взялся корабельный целитель, сумевший залечить наиболее серьезные раны безымянного пациента, погрузив его затем в глубокий сон. Марик пришел в себя незадолго до прибытия на авиабазу.

- Просыпайся, малыш, – лекарь легким касанием ко лбу мальчика пробудил его и со всей возможной мягкостью спросил, видя, что глаза юного пациента открылись и смотрят осмысленно.