Мятежный князь. Том 4

— Мне кажется или минутой ранее речь шла о публичной казни? — спрятала руки в широких рукавах гостья из Поднебесной.

Губы Константина сжались в тонкую линию, пока его прилюдно вынуждали пойти на попятную.

— Признаю, в своих выражениях я был несколько... резок. Надеюсь, это не испортит вашего общего впечатления, — то, как он с ней общался давало понимание, что Достопочтенная сидит на подушке явно повыше таковой у самого принца.

А уже это создавало несколько вопросов.

Первый, каким являлся ее фон, раз эта Мэй так спокойно осуждает возможного наследника Империи.

И второй, что ей потребовались от меня? Ни за что не поверю, что происходящая перепалка между гостьей и лоялистами началась от балды.

— В таком случае я бы хотела узнать ваш итоговый вердикт, «судья», — хмыкнула женщина.

Чиновник застыл как вкопанный, переводя взгляд с Константина на гостью и обратно.

— Я слышал скоро будет сформирована экспедиция для подавления пролома в Сибири... — невзначай подсказал второй принц.

И мужчина все тут же понял, ударив небольшим молоточком по подставке.

— За сим, с Марка Ливена снимаются все обвинения, которые ему присуждались ранее. Но, он будет назначен в состав штрафбатальона при авангарде предстоящей экспедиции вглубь Центральной аномальной зоны. На этом всё!

Штрафбат, значит... Как говорится, из огня да в полымя.

С другой стороны это все равно лучше растрела!

Все встали в формальном поклоне и, пожалуй, можно было сказать, что основное действо цирка было окончено.

Актеры сыграли свои роли. Зрители получили полагающееся им шоу. Хоть и не с тем финалом, которого все ожидали, но итоговый результат также многим пришелся по душе.

Мне, начнем с того, что, и вовсе, удалось пережить мероприятие. Можно считать данный факт вполне себе успехом.

Ко мне подступил один из сопровождавших меня гвардейцев. Со стоической миной он освободил запястья от сдерживающих ману кандалов и, не произнося ни слова, покинул поле зрение.

— Я же говорил малец, что все пройдет как по маслу, — хмыкнул со стороны старый Багратион.

— Даже если ты ничего и не сделал? — вернул я тому усмешку.

— А кто по-твоему проинформировал «Куб»? Полагаешь, они на каждом студенте держат руку на пульсе? — хекнул старик.

— Твоя правда. Всё равно спасибо. За всё, — протянул я руку.

На что он со слабой улыбкой крепко пожал оную.

— Можете рассчитывать на меня, мой господин... И не переживайте. Штрафбат — это всё же не приговор.